Мелькнула мысль сбежать, пока меня не заметили, но тут мои зверьки меня натолкнули на безумную мысль…
ААА! Какая же я дура! Ну, чего я такого сказала, а?
Лохматый и чешуйчатый явно были заинтересованы происходящим, когда я наивно спросила:
— Хочется покушать?…
Я почти не уловила момента, когда мой волосатый друг одним движением закинул меня на свой хребет и кинулся в битву! Мне едва удалось успеть крикнуть:
— Эй — жрать тока лесных! — И мы врезались в нападающих. Я молилась только об одном — не дай Око упасть! Руки свело — я вцепилась в спину Лохматика как клещ. Наверное, со стороны мы смотрелись лихо: Лохматик равномерно махал лапами, раскидывая со своего пути едва достающих ему по пояс тварей, после его ударов никто не вставал. Огонек резвился от души — у него даже получилось огнем плеваться (я говорила, что он быстро растет?), и помимо этого он запомнил, как ловил рыбу! Хвост влево, хвостом вправо, прыжок на фланирующих крыльях и с размаху на несчастных маленьких, ну по сравнению с ним, лесных обитателей. Да и лапками он тоже успевал кого-нибудь помять. Так что после Лохматика оставалась просека с трупами по бокам, а после Огонька — тут лепешка, там лепешка, здесь жаркое обугливается, тут помятые биточки от хвоста, разделанное мясо — Огонек, обжористый зараза, успевал еще откусывать половинки тел в промежутках огнедыхания! Вокруг взрывались фонтаны крови, взлетали обрывки тел, бешеная смесь звуков и запахов вызывала судорожное желание сбежать отсюда как можно быстрее…
Меня очень скоро замутило от творящегося вокруг, так что я закрыла глаза и молилась.
Я болталась на спине Лохматика, уже не чувствуя рук. Слава Оку, ни одна из образин так и не допрыгнула до меня. От всей души я надеялась, что никого из нагорцев мои защитники не покалечат — самой осмотреть поле действия мне было не только страшно, но и затруднительно. Я вжималась в мех Лохматика и едва сдерживала дрожь. Вой чудищ тоже не способствовал моему успокоению. На какое-то время я выпала в бессознательное состояние. В голове проносились обрывки моего суматошного пути, люди, лица, фразы…
Как долго это было, не знаю, но от этого меня отвлекло громкое чавкание. Признаюсь, я девушка трусливая, поэтому осматривалась осторожно, готовая в любой момент опять вжаться в безопасную теплую спину моего скакуна. Но горизонт был чист. Мои зверьки справились с бесчисленным воинством и теперь поедали добычу — мама! Этого им надолго хватит, а если обожрутся? А вдруг потравятся? Кстати, а с людьми что?
Заставив Лохматика спустить меня на землю, стараясь не смотреть по сторонам, я направилась к нагорцам. Думаю, на благодарность я заслужила и деньжат и пропитание! Такое ощущение, что люди с момента моего прибытия так и не двигались с места. Мдя, а народу оказалось меньше, чем я насчитала. Сотни три не больше, вот, «надо было раньше прийти на подмогу!» — кольнула меня совесть, «пусть радуются, что вообще помогла!» — уязвлено отбрыкнулась я. Строй латников колыхнулся и мне на встречу вышел… шаман! Вот ептыть-перептыть, я, наверное, та единственная из той пресловутой тысячи имперцев, и сподобилась воочию видеть шамана Нагорья! Так, главное ничего не напортачить, а то дунет, плюнет и поминай, как звали, буду сны наяву видеть и слюни пускать! Как я узнала, что этот мужик — шаман? А запросто, шаманы в империи личности легендарные, их описание знают даже дети. И потом, кто еще так лицо может раскрасить, а? Лоб, кожа вокруг глаз и нос замазан черной краской, на лбу красным был нарисован глаз, что на черном фоне выглядело довольно зловеще.
Чем ближе я подходила к шаману, тем меньше мне хотелось благодарностей, ну их, я и так проживу, а? Но этот раскрашенный мужик меня словно приворожил, и я не могла остановиться! Хорошо, что мои зверьки мне верны, бросили кушать и за мной пошли, может все и обойдется? Чем ближе, тем больше подробностей. Я девушка наблюдательная, иначе на улице не выживешь, так что смотрела во все глаза. На удивление шаман не казался старым, не был худ или толст. Так на вскидку дала бы лет сорок, вон, седые прядки в косичках, морщины глубокие у носа, кряжистая мощная фигура… если у них служители культа такие грозные, то ясно, почему никто не хочет их завоевывать. Ну, правда, не зря же империя терпит их независимый нрав и монополию на оружие! Однако время истины наступило. Такого пронизывающего взгляда ей не приходилось встречать…