Ты убил мою семью.
Это не так.
Нет?
Я усмехнулся. — Какой-то священник обвинил в смерти меня. И ты поверила. Какая ты наивная.
Они были одержимы дьяволом.
С чего, ты это взяла?
Руна нахмурилась. (Это так мило) — Только одержимые горят семьями.
Я засмеялся. — Какая глупость. Тогда почему ты не сгорела вместе с ними? Или ты не член их семьи?
— Святой отец сказал, что мне повезло.
— Ничего более правдоподобного ему не пришло в голову? Хотя, пока ты стояла перед ним на коленях чего только в этой святой головехе не творилось. — Я облизнулся. — И я его понимаю.
В твоих устах яд! — Руна была решительно настроена. — Ты не запутаешь меня! Это ты убил моих родителей!
Но разве не Бог, решает, кому жить, а кому умереть. Видимо, ты обратилась не по адресу. Это тебе тогда к нему надо.
Видимо, я так и сделаю. Я поднимусь к Богу и спрошу, как тебя уничтожить.
Я вздохнул и оглядел мою спасительницу. — Интересно, а ты знаешь, где Бог?
На небесах.
А, ну, конечно, конечно. То есть ты предполагаешь, что найдешь его?
Тебя же я нашла. — Руна сжала в руке медный крестик. — Я обещаю тебе. Недолго тебе осталось, — с презрением произнесла она и вышла из дома.
Ну вот, она ушла. Все меня покидают. Мне стало тоскливо, и я побежал за ней.
Руна, простая девушка, хорошенькая, приятная. Будь я маньяком, давно бы поймал девчонку и сотворил с ней что-нибудь этакое.
— Стой! Стой же! — прокричал я. — Я не маньяк, куда так спешишь.
— К Богу, — не оборачиваясь, ответила Руна.
Не спеши. Все там будем.
Девушка остановилась. — Что ты хочешь?
О? — довольно удивился я. — Мы поменялись местами, теперь не я исполняю желания, а ты? Хочу, что бы ты осталась со мной.
Что? — удивилась девушка. — Я никогда с тобой не буду. У нас разные цели.
Я подошел ближе и прижался к девушке. — Нет. Я уже говорил, что мои желания совпадают с твоими. Хочешь к Богу? Я отведу тебя. Хочешь?
Руна вырвалась из моих объятий. — Я что похожа на дуру?
Да, — честно ответил я.
Руна ненавистно оглядела меня и стала усердно молиться.
Пытаешься изгнать дьявола путем молитв? — наивно переспросил я, и сгорел. Но тут же появился у девушки за спиной. — Думаешь, от дьявола так легко избавиться? Тогда, почему другие не сделали этого раньше?
Руна перестала молиться, и пошла вперед. — Я найду Бога, и он тебя покарает.
Я уж надеюсь, — произнес я и покорно поплелся за девушкой. Она меня ненавидит, я это чувствую. — А ты знаешь, что ненависть, кою ты испытываешь ко мне, есть отвергнутая и не понятая любовь.
Руна остановилась. — Пожалуйста, тешь себя напрасными надеждами. Тебя никто не любит.
Ты любишь.
Руна засмеялась. — Ты дурак что ли?
Да.
Я призираю тебя. Ты несешь, только зло, только несчастья и разруху. Как я могу тебя любить. Ты вообще понимаешь, что говоришь?
А ты вообще, понимаешь, к кому собралась? К БОГУ! — радостно прокричал я и запрыгал на месте. — Бог, это тебе не дьявол, которого можно встретить на каждом углу. — Я скорчил рожу. — Он на небесах, ты сама мне так сказала.
Прекрати паясничать, — тихо попросила Руна и продолжила идти.
Ладно, — согласился и пошел за ней.
Очень скоро мы наткнулись на небольшую деревушку. Такую темную, что для того, что бы увидеть хоть кого-нибудь, мне пришлось осветить ее своим фонарем. И такую маленькую, что она могла поместиться у меня на ладони. На одну положил, а второй прихлопнул. Об этом я и сказал мой любимице.
Только попробуй это сделать, — напугалась она.
Я удивленно выпрямился. — Интересно, а что ты сделаешь? Опять молиться начнешь? Тогда молись, — пригрозил я, положил маленькую деревушку на одну ладонь, и накрыл ее второй. Жители забегали в панике, попрятались в дома. Наступила тишина и тень. — Ну что? Начинай молиться, или я всех прихлопну.
Руна встала на колени и стала молить меня не убивать маленьких жителей.
Да не мне молись. Богу молись, — перебив ее мольбы, прокричал я.
Девушка начала просить о спасении. Я посмотрел вверх, что бы дождаться, того, кто их спасет. Было тихо. — Не достаточно, пусть все молятся, — еще громче, прокричал я. — Все молитесь, взывайте к Господу!
Все жители встали на колени и вспомнили все, когда-либо существовавшие молитвы. В страхе, они клялись, что больше не будут совершать неблагочестивых поступков, будут жить по заповедям. Некоторые глупцы, даже от своих жен отказались.
Вот дураки! — рассмеялся я. — Если Бог на небесах, зачем склоняете колени и становитесь ниже? Если это ваш последний день, зачем просите о спасении, благодарите за прожитое. Если настала тень, зачем прячетесь в домах своих? Приветствуйте ее, и как благородный гость, она вовремя покинет вас.