Вода в самом большом бассейне школы была теплой, как парное молоко. Прощально помахав рукой коллегам, стоящим у края бортика, Сиелла поплыла на середину. После перемещения Мариона вода успела успокоиться, и даже след от прыжка успел померкнуть. Доплыв до центра (для точности место на дне обозначалось кругом из черных камней), магесса сделала глубокий вздох, нырнула и исчезла. Ни бурления воды, ни ярких вспышек, ни громких хлопков — магистр не любила показухи и всегда телепортировалась по-боевому — как можно тише и незаметнее.
Вынырнув в чужом бассейне, магесса быстро огляделась и только потом поплыла к краю. Вода, обжигающе горячая, как в ванной, заставила ее поморщиться, и она в два быстрых взмаха достигла бортика. Марион помог ей выйти.
— Как Ронарк? Ты его видел?
— Увы, не получилось — Альберт приставил к его комнате охрану и велел пускать только целителей. Но Мейган и Лавджой божатся, что выглядит он неплохо.
Магесса нахмурилась. Она надеялась, что Альберт не будет злоупотреблять властью Верховного мага Дюжины. Должность была выборной: мага, который будет находится на этом посту четыре года, выбирала на тайном голосовании восьмерка хранителей и четыре магистра. Похоже, Географ был уверен, что продержится на этом посту еще срок, раз так яриться…
— Кстати, ты последняя, — разорвал тишину маг. — Нам нужно поспешить, если тебе дороги остатки твоей репутации магистра. И, будь добра, высуши одежду, а то соски пикантно просвечивают…
— Неужели Лидо явился раньше меня? — Сиелла, привычная к эротическим подколкам Мариона, сосредоточилась на важной информации. Но все же провела рукой по подолу туники, высушивая ее. — Он уже успел поделиться с тобой новостями из Семиграда?
— Ну-ну, Лидо поделится новостями, — хмыкнул хранитель. — Ты неверно поставила вопрос, Си. Успел ли я вытянуть из него хоть что-то — вот что нужно узнавать. А Лидо только и успел, что удрать…
— Куда и с кем?
— Главный бабник нашего ордена не устоял перед просьбой Роны и Шелл и согласился их сопровождать на ночной базар в Мектуб. Лидо был уверен, что ты не будешь возражать, ведь и Вариор и Петер разрешили своим хранителям отправиться в город. Лишь Альбертовы хранители остались с ним, точно сторожевые собачки, — с ехидцей наябедничал маг.
— Ты также можешь присоединиться к коллегам, я не буду брать пример с Географа.
— Ну уж нет. Я ни за что не пропущу этот вечер. И не проси…
— Конечно, мне бы хотелось расспросить Лидо о ситуации при дворе, — задумчиво произнесла магистр. — Но, что поделать, подожду до утра. О! Свяжись с Лидо, пожалуйста, пусть он прикупит мне коврик поворсистей для кабинета…
Марион досушил одежду магистра со спины и распахнул дверь, ведущую в коридор. Тихо разговаривая о несерьезных вещах, они шли по широкому ярко освещенному (видимо, чтобы гости не заблудились) коридору. Марион провел магистра в отведенные ей покои и нерешительно остановился в дверях.
— Си, ты будешь ужинать со всеми или распорядиться, чтобы тебе принесли сюда?
— С моей стороны ужин в одиночестве будет расценен как слабость. Придется пойти. Ты же свободен в своем выборе.
— Ну, нет, повторяю: пропускать такое зрелище я не собираюсь, — возмутился Марион. — К тому же то разнообразие блюд, что обычно готовит мама Карима, не поместиться на подносе.
— Тогда зачем мне предлагаешь, искуситель?! Жаль, не удастся поговорить с Анной до ужина. А как там Карим? Он уже вернулся?
— Нет. Он вместе с Эльху в Мейсиане. Только Анна покинула оазис, чтобы распорядиться на счет ужина. Поэтому давай скорее переодевайся — я зайду за тобой через полчаса.
Для женщины тридцать минут на подготовку к встрече с давним недругом определенно мало. Но, увидев Сиеллу, Марион изменил свое мнение.
Белая рубашка без рукавов с высоким воротником тесно прилегала к фигуре, очерчивая высокую грудь. Синяя юбка спереди едва закрывала бедра, а сзади шелестящий материал был уложен в форме турнюра со шлейфом до пола. Кожаный пояс с серебряной пряжкой охватывал поверх рубашки тонкую талию. Черные сандалии с цепочкой у щиколотки дополняли ансамбль магессы. Растрепанные локоны органично сочетались с легким макияжем — подкрашенными синим ресницами и карминными губами.
— Как я тебе? — Сиелла кокетливо покружилась перед растерявшимся хранителем.
— Альберту кусок в рот не полезет, — честно ответил Марион.
Еще раз придирчиво осмотрев магессу, он решительно расстегнул три верхние пуговицы ее рубашки и с хитрой улыбкой объяснил: