— А поподробней? — попросила я.
— Высок, силен, могуч и смел, Он — Бог и это не предел, — я не подмигиваю, это просто нервный тик.
— Благодарю Вас, — я поспешила ретироваться, в который раз телепортируясь в звездном вихре.
Я побывала еще в десяти мирах, даже успела поговорить с Шивой, он заставил меня снова задуматься о свой миссии. Его слова звучали так:
«Нет ничего вечного, даже боги не вечны.
Творцом мира было некое абстрактное божество, основа бытия — безлична.
Все сущее возникло из великана Пуруши.»
Очень похоже на рассказанное Безымнем. Но как боги могут умереть? Они же бессмертны, забрать их душу не может даже сам создатель, который сейчас выполняет роль Аватары Смерти. Но почему я никогда не слышала об этом? И как я смогу его убить?
У кельтов меня снова ждало разочарование. Луг, бог солнца, оказался великаном и я даже не смогла докричаться до него, моих песен он тоже не услышал.
В Египте я застала только богиню Баст, покровительница оборотней не знала о Создателе почти ничего, лишь смутные догадки и намеки были мне ответом.
Я попыталась связаться с Паньгу, хранителем равновесия инь и янь, но он настолько слился со своими мирами, что разговаривать уже не смог, к сожалению.
В мире Асов, где все воины находили вечное празднество после смерти, меня встретила богиня Фрейя, остальные Асы вместе с воинами Вальхаллы праздновали окончание очередной охоты и были не совсем в состоянии ответить на мой вопрос. От хранительницы магии Асов я получила такие же расплывчатые сведения.
Посидев у Алытыря-камня, я дождалась Сварога и задала ему свой вопрос. Он дал мне описание существа, помогшего создать Алатырь-камень, ни одного сходства с описаниями других богов я не заметила. На поверхности мыслей плавала догадка, но уставший мозг уже не мог переварить тонну полученной информации. Я решила посетить последний мир и идти отдохнуть.
Междуречье встретило меня завыванием ветра и повышенной влажностью, я с наслаждением свалилась в песок, как же я устала. Как по волшебству (а впрочем, так оно и было) пустыня начала покрываться травой, зацветали цветы, а на высоких деревьях появлялись почки. Рядом со мной, в земле образовалась дыра, из которой на свет божий вышел мужчина, высокий и худой до безумия, но с каждым шагом по земле он превращался во вполне приличного такого типа. Правда одежды на нем было маловато… одна набедренная повязка и все. Что-то везет мне на извращенцев в последнее время. Вдвойне везет! Из неоткуда, рядом с мужчиной появились ворота, из которых вышла женщина в полупрозрачной шелковой юбке и пятью нитками бус, явно не прикрывающими верхнюю часть тела. Женщина подхватила мужчину за руку и скрылась. А я поняла, что свой шанс пообщаться с местными богами я упустила.
— Теперь ты пол года с ней поговорить не сможешь, Думузи уз подземного царства вернулся, — Безымень появился рядом со мной, что-то давно его видно не было.
— Это Инанна была? — поинтересовалась я, направляясь в сторону ближайшего города, там должен быть храм Мардука, может там мне получится достать еще информации.
— Угу, — Безымень шел следом за мной, разглядывая окрестности и меся пыль древних дорог.
В коем-то веке его не тянуло на разговоры, и я могла спокойно думать о своем. Похоже, меня занесло в параллельную вселенную, здесь древний Шумер все еще живет по своим законам. Древняя магия витала в воздухе, заставляя дышать глубже, кружа голову какой то непонятной силой и заставляя глупо улыбаться. Весна. Странно, что она на меня так влияет… я давно не человек. Как интересно получается, наверно это влияние того, что не так давно я вновь была живой, а может быть и нет.
Впереди раскинулся великий Вавилон. Каменный город, сверкающий под солнечными лучами, сверкающими на золотых украшениях, коими в изобилии были усеяны здешние дома. Самая высокая башня, которую в этом мире не разрушили, возвышалась над городом, немым благословением богов. Мы шли по заполненной народом дороге, они явно готовились к какому то празднику. Мы практически беспрепятственно вошли во второй храм Мардука, находившийся на верхнем этаже Вавилонской Башни.
Золото, везде одно золото, как же это неэстетично… Мы шли под сводами золотого храма, красиво конечно, но как то слишком его много. А тысяча ступеней — это слишком даже для меня, а Безымень шагает рядом как ни в чем ни бывало. Наконец я преодолела последнюю ступень и устало опустилась на пол.