— Неподалеку, — произнес Магнус, и я фыркнул.
— Там, — продолжил я вдохновлено, — он показал комнату. Игрушечную комнату.
Гном ощутимо напрягся.
— В этой комнате были разные механические игрушки — очень необычные и удивительные. В том числе, и бронзовый человек со скрипкой, и игрушечный поезд…
Магнус молчал. Было видно, он раздумывает над чем-то.
— Зачем он показал тебе ее? — пробормотал он, обращаясь скорее к себе.
— Вот я и сам не знаю, — кинул я, — может, ты объяснишь?
Гном сглотнул, помолчал, собираясь с мыслями.
— Я был изобретателем… — тихо начал он быстрым, грубоватым голосом, — жил среди братьев очень долго. Наш Клан процветал — ведь то, что мы делали ценилось выше самых прекрасных сокровищ. Однажды я сконструировал одну…вещь, переступил через запретное… Моим братьям это не понравилось. Они изгнали меня, уничтожив безумно опасную для них вещь. Я пустился в странствования — далеко, через Морбиханскии равнины, сквозь Серые Горы, я попал в легендарные Пустоши, что на севере Арканума. Там, проблуждав пол года и сражаясь со страшными тварями, я нашел легендарный город.
Я жил там — около пяти лет. За это время я понял, что Технология действительно самая могущественная сила, ведь в городе том знания ее были фантастические… Ничто и никто сейчас не может сравниться с тем, что изобреталось там. Это была не просто Технология — хотя были и ей пропитаны самые мельчайшие пылинки; там обитала другая сила… Ею наделяли и без того могущественные артфакты. Я пугался, ведь в свое время именно из-за этого меня изгнали из клана. Но в том городе это было совсем обыденно. Ты не поверишь, как я тогда увлекся этим… Я не выходил из мастерской и строил, строил…
И опять-таки — судьба не разрешила навечно остаться мне в этом раю. В один день все разрушилось. Не знаю, и не спрашивай, почему и как это случилось — одно только я могу сказать — я спасся и бежал. Бежал, как только мог, не обращая внимания на раны. Ведь за мной была погоня — погоня страшная. Гнались не только за мной, но и за тем, что я взял из города. Меня уже настигали, как передо мной возникли белоснежные стены — высокие, со шпилями. Там была Арка. Рядом с ней — кто-то в синем балахоне. Я попросил приюта, и он разрешил пройти.
Так я выжил. Я провел в этих стенах два месяца — за них не могли проникнуть преследующие меня. Я дал обещание, что никогда и никому не расскажу о них.
Я попал в Тарант — это огромный, грязный город. Здесь было относительно спокойно — но я мог залечь на дно — на долгие пятьдесят лет. Конечно, я не мог просто так бездельничать, как никак во мне гномья кровь течет… В то время начали строить метро. Им нужен инженер был — способный сконструировать первое в Аркануме метро. Я послал к ним одного человечка — и передал с ним планы и наработки. Конечно, я сразу был принят. Ни один человек не может сравниться с гномом в Технологии. Я передавал через посредника планы, и получал баснословные деньги. Метро строилось успешно — и, клянусь серебром, это было что-то грандиозное.
Но и тут все обрушилось. Судьба вновь дала звонкую пощечину — в почти уже достроенные тоннели пробрались оборотни… Рабочих убили, и метро закрыли. Меня еще долго искали, но я бежал из Таранта. С закрытием метро многим стало интересно — кто был его инженером, и что за технологии там применялись…
Я вернулся в наши горы, но шахты были пусты. Ни одной живой души. Мне известно было, где наше хранится главное сокровище — и я проверил тайник. Он был пуст. Это были не гномы. Мы поклялись, что из Клана никто не возьмет эту вещь. Воры. Ты не понимаешь, каким ударом это для меня было — ведь в создание ее и я участвовал. Обыскав все подземелья, я наткнулся на след… Он и привел меня к Ордену.
Он замолк, тяжело дыша.
Я был потрясен рассказом.
— Так… то, что ты привез из города в Пустошах ты спрятал в той игрушечной комнате?
— Да, — не сразу ответил Уоллес. — Более надежного места сложно было бы придумать. Я очень долго трудился над проходом: его не должен был никто найти. Это не портал, мой друг. Там была и моя берлога на всякий случай.
— Но как там оказался Вэйн?
— В том-то и дело, — нахмурился гном. — Он обнаружил мост наверху, преодолел защиту, и даже смог каким-то образом пройти. Я об этом узнал, но еще ничего не предпринял. Только следил. Я видел и тебя — даже принял тебя по ошибке за разгуливающих по метро оборотней.
— Это разве не ты записки оставлял? — хмуро поинтересовался я.
— Нет, — недоуменно произнес Магнус.
Тягучий плотный дым тяжелыми клубами кружился на месте крушения, где все еще горело пламя, одаривая стены поцелуем копоти.