Ответ. Да. Но с оговорками, о которых я скажу ниже. Что же касается представлений о классовой борьбе как о "вредной идее", то я их, конечно, не принимаю.
Я утверждаю, что классовая борьба - это объективный факт, имеющий в своей основе реальность антагонистических отношений между классами, неизбежно складывающихся при частной или государственной собственности на основные средства производства.
И всё же попытаемся понять истоки представлений о классовой борьбе как о "вредной идее" Безусловно, появление подобных представлений в какой-то мере можно объяснить негативной реакцией на вульгарно-социологическое "наполнение" факта классовой борьбы, осуществлённое марксизмом. Как уже отмечалось, марксизм связал психологию индивида с характером производственных отношений. Такая вульгаризация личности неизбежно порождала представления, что пролетариат - это не просто эксплуатируемый класс, но, кроме того, и класс, обладающий более "прогрессивной" психологией, а именно психологией "коллективистской", вырабатываемой у него коллективным характером производства. Подобный вульгарный социологизм, свойственный марксизму, справедливо позволяет квалифицировать его как социальный фашизм. И как таковой, марксизм объективно способствовал и способствует проявлению экстремистских форм классовой борьбы. Повторяю: учитывая осуществлённую марксизмом вульгаризацию классовой борьбы, можно в какой-то мере понять предпринимаемые попытки поставить под сомнение сам факт. Но лишь понять, а не согласиться с ними, ибо, отдавая должное негативной роли марксизма в порождении нынешней интеллектуальной сумятицы по рассматриваемой проблеме, я всё же склонен считать, что возникновение представлений о классовой борьбе как о "вредной идее" обусловлено в главном неспособностью осмыслить реалии капитализма. Впрочем, на мой взгляд, интеллектуальная беспомощность здесь в немалой степени опирается на нравственную черствость, граничащую с цинизмом. Скажу жестче: осуществление так называемой приватизации - это был социал-дарвинизм в самой, насколько это возможно, агрессивной форме.
Вопрос. Я не буду комментировать ваш ответ на предыдущий вопрос. Но что несомненно наблюдается при капитализме, так это инфляция.
Как вы считаете, является ли её существование следствием неумелых действий государства или есть более фундаментальные причины инфляции, коль скоро она наблюдается везде и почти всегда?
Ответ. Да, инфляцию трудно не заметить. И здесь мы попытаемся более или менее основательно осмыслить причины её существования. Тем более, что они имеют фундаментальный характер.
Я полагаю, что переживаемый сегодня многими странами экономический кризис обладает очевидными признаками того кризиса, который пережил капиталистический мир в 20-е годы прошлого века. Тогда спад производства сопровождался падением цен на товары. В мировой экономической литературе до недавнего времени господствовала точка зрения, что наиболее адекватно причины кризиса 20-х годов были вскрыты Дж.Кейнсом.
Причины кризиса Дж.Кейнс обусловливал пороками частнособственнического производства, в частности, тем, что такое производство не в состоянии обеспечить устойчивый эффективный спрос. А расширение эффективного спроса он связывал, опираясь на теорию мультипликатора, с ростом государственных вложений в производство.
Нужно заметить, что кейнсианцы не останавливались только на такой возможности государственного воздействия на экономику при спаде производства. В свой арсенал они включали и денежную эмиссию, осознавая, конечно, инфляционный потенциал этого средства. Кейнсианцы считали, что в условиях спада производства рост денежной массы будет иметь и экономические последствия, стимулируя эффективный спрос.
Опыт позволил признать их правоту, показав, что эмиссия денег действительно оказывает влияние на воспроизводственные процессы. И всё же он, на мой взгляд, не снял вопроса о целесообразности регулирования динамики производства на основе денежной эмиссии. Кейнсианство достаточно долго было законодателем экономической моды в западных странах. Безусловно, этому способствовали не только известная строгость теоретических построений, но и то, что макроэкономическое регулирование по Дж.Кейнсу способствовало росту производства. Хотя такое регулирование не преодолевало инфляции (а кроме неё сохранялись и другие негативные явления в экономике), но с этими издержками метода мирились, тем более что кейнсианцы настаивали на естественности связи между ростом производства и инфляцией. Вскоре, однако, инфляция стала наблюдаться и при спаде производства. В этих условиях кейнсианство не смогло устоять перед нарастающим валом критики.