В самой же организации «Гроб и молния» обстановка накалялась с каждым днем, хотя накаляться ей дальше вроде бы и некуда уже было.
Ежедневно создавались груды доносов. И хотя функционировал специальный отдел, занимавший пятиэтажное здание, с большим штатом сотрудников, они успевали только регистрировать доносы, а читать их и, тем более, принимать к сведению ни у кого уже времени не оставалось.
Поэтому в карцеры отправляли уже просто по очереди, а с работы увольняли наугад.
Выполняя основной приказ: всем всех во всем всегда везде подозревать, всем за всеми всегда везде следить, — сотрудники до того доусердствовали, что среди них стала свирепствовать болезнь, известная в науке под названием «раздвоение личности».
Заключалась эта болезнь в том, что сотрудник одновременно ощущал себя и тем, кто за кем-то следит, и тем, за кем кто-то следит. И сотрудник часто забывал, кем же он является в данный момент — следящим или выслеживаемым, — и впадал в путаницу: то следить побежит, то прятаться начнет, то остановится, чтобы дать возможность кому-то за ним подсмотреть, и все время ничего толком не соображает.
Никто из сотрудников уже не знал, кто в чем кого подозревает, но остановиться уже не могли, да и к тому же приказ есть приказ, надо его выполнять, к каким бы нелепым последствиям он ни приводил.
Генерал Шито-Крыто продолжал полагать, что именно в такой благоприятной обстановке вырастают настоящие кадры настоящих сотрудников настоящей шпионской организации.
Близилась к концу подготовка операции «Братцы-тунеядцы». Представители Самого Высокого Самого Верховного Главнокомандования торопили, лезли в каждую мелочь, проверяли каждый шаг каждого участника.
Но даже они, представители Самого Высокого Самого Верховного Главнокомандования, не подозревали о существовании сто тринадцатого отдела, где производился Балдин — сверхмощный стимулятор лени. Запасы его пока были невелики. Стоил он неимоверно дорого: одна таблетка — средний реактивный бомбардировщик. Ученые и их ученики спешно искали возможность удешевить производство Балдина. Кстати, Стрекоза должна была подбросить таблетки балдина в детские садики (одна таблетка на двести человек).
Скоро, скоро, очень скоро начнется выполнение операции «Братцы-тунеядцы»! Генерал Шито-Крыто давно уже не спал, почти не ел, а проверял, проверял и проверял, не доверял, не доверял и не доверял, а на сердце было все-таки ух, как неспокойно!
Нюхом он чуял, что где-то, вот тут, рядом с ним — предатель! Предатель крупный, хитрый, наглый, подлый — вроде него самого.
— Не верю я тебе, Лахит! — проорал, мучась подозрениями, генерал Шито-Крыто, — Я тебе ни капельки не верю, проныра ты несчастная!
— Было бы просто смешно, если бы вы мне верили, — любезно ответил офицер Лахит. — Вы бы тогда были не вы, а я был бы не я. Наша сила во взаимном недоверии. Предать вас — заманчиво, но опасно.
— Я подвешу тебя к потолку за левую ногу, если установлю факт предательства!
Офицер Лахит вынырнул из генеральского кабинета, пронырнул в свой кабинет. Здесь в кресле перед столом сидел незнакомец.
— Как вы сюда попали и кто вы такой? — прошипел офицер Лахит, вытащив пистолет.
— Если я проник сюда, — спокойно ответил незнакомец, — то, вероятно, знал, как проникнуть. Меня зовут Бокс-Мокс. Я привез привет от Батона.
— Спасибо. А как Стрекоза?
— Сидит в мешке.
— Прелестно. А что с этим мерзавцем ЫХ-три нуля?
— Понятия не имею. Вся диверсионная группа «Фрукты-овощи» находится под особой охраной.
Офицер Лахит спрятал пистолет, сел за свой стол и спросил настороженно:
— Что вас интересует?
— Сущий пустяк. План операции «Братцы-тунеядцы».
— Ха! И это вы считаете сущим пустяком?
— Для вас это пустяк. Действительно сущий.
— Что я буду иметь за этот пустяк?
— Мне не приказано торговаться. Назовите сумму. Платим наличными в хорошей валюте.
— Вы деловой человек! — обрадовался Лахит. — Но вам известно, что господин генерал Шито-Крыто при допросах и наказаниях использует только один метод — подвешивание к потолку за левую ногу?
— Я не только деловой человек, — все так же спокойно говорил Бокс-Мокс, — я крупный агент. А вы пугаете меня, как школьника. Шито-Крыто в ваших руках. Сделка со мной дает вам реальнейшую возможность оставить его в дураках и занять его место. Оформляйте меня к вам на работу.
— Хорошо. Пишите. Вот бумага. Ручка.
— Что писать?