— Нет.
— Что же ты не взял его?
— Забыл в каюте.
— У меня два. Хочешь?
— Да не надо.
— Тогда сходи в каюту и принеси свой. Просто так я свою сестру не могу тебе оставить.
Алексей только руки развел в стороны.
— Ладно. Схожу.
— Тогда я пошел.
Пришли Олег и Роман. Они тоже были в новых костюмах, и тоже, как Юрий и Леонид, в членах правительства. Просто сокращенно. Ясно, что имеется в виду костюм. Вероятно, из каких-то новых японских тканей. Не халтура. Видимо, организаторы заранее знали:
— Кто-то на этом турнире выиграет на тотализаторе. — В общем, кроме них самих, будут еще победители.
Народ прибывал уже беспрерывной толпой.
— Так и лезут, так и лезут в кабак, — сказала одна молодая официантка. Не зря их обычно не берут на пароходы. Только мужиков. Эти ребята никогда ничего плохого про посетителей не скажут.
Далее, прибытие остальных гостей.
Мэр и Пестелина заняли место у самого иллюминатора.
— Я люблю смотреть на море, — сказала Пестелина. Она незаметно осмотрела свои пальцы. Они все были украшены золотыми кольцами с зелеными камнями.
— Говорят, это настоящие изумруды, — сказал Мэр, заметив, что жена любуется камнями. Он сам буквально два часа назад купил чуть ли не кило золотых украшений. На корабле продавали золото по гос. цене.
— Поставки прямо из Миделинового Картеля? — спросила Пестелина. — И да:
— А зачем один рубин? Он ведь тоже, наверное, драгоценный. Как ты думаешь?
— Все натуральное, — ответил Павел Александрович. Он попросил официанта принести лед, и открыл бутылку шампанского. — Я сам, — сказал он официанту. — Умею.
— Это хорошо, что вы умеете, — ответил официант, — но нам положено открывать шампанское.
— Отойди отсюда, я тебе сказал, — Павел Александрович направил бутылку на официанта. Пробка выстрелила, и попала официанту прямо в лоб. Он вроде сначала упал, но тут же быстро встал.
— Ты зачем это сделал? — зашептала Пестелина. — Он мог и не встать.
— А что он ко мне пристал? — в свою очередь спросил жену Мэр. — Кстати, как тебя звать, друг?
— Виктор.
— Виктор? Стало быть, Витя.
— Победитель, — поддакнула Пестелина.
— Коньячку выпьешь?
— Французский? — Виктор взял со стола бутылку.
— Да хрен его знает, — простодушно ответил Мэр, — называется Хе…
— Хеннесси, — расшифровал официант. И добавил: — Буду.
— На вот тебе бутылку за травму на лбу, — сказал Павел, — только иди отсюда, и не мешай нам объясняться в любви.
Официант сначала вроде взял бутылку, но посмотрев, что это всего лишь армянский пятизвездочный, вернул.
— Нам нельзя брать бутылками, — сказал Виктор, — уволят. Я просто буду подходить иногда.
— И?.. — не поняла Пестелина.
— А вы мне нальете писят.
— Так может быть налить сейчас? — сказал Мэр. Он опять схватился за пятизвездочный, но Витя аккуратно перетащил его руку поближе к французскому. — Вы думаете, он лучше? — спросил Паша.
— Уверен. Иногда мы…
— Разбавляете коньяк? — спросила Пестелина.
— Нет, мы просто заменяем французский на наш.
— Вы хотите сказать, что в бутылке из-под Хеннесси поддельный армянский? — изумился Мэр.
— Не в этот раз, — сказал Виктор. — У вас на столе бутылки-то запечатанные. Тем более, сегодня усиленная проверка.
— Почему? Сегодня, что, постный день? — спросил Мэр.
— Нет, день сегодня обыкновенный, скоромный, Только сегодня на банкете сам министр будет. С американским посланником. — Виктор показал свой загнутый назад большой палец и даже присвистнул.
— И об этом все знают? — спросил Павел Александрович. — Тогда почему мы не в курсе?
— Никто ничего не знает, — прошептал Виктор. — Я сам только узнал. Некоторых доверенных официантов и барменов специально оповестили.
— Оповестили для того, чтобы сегодня не пили чужой Хеннесси? — хмуро констатировал Мэр.
— Если честно, Хеннесси здесь никогда и не было. Только Мартель и Камю. Это в честь министра и американского посланника достали.
— Откуда достали? — спросила Пестелина.
— То есть как, откуда? Откуда все достают, — сказал Виктор, и показал пальцем на верх.
— С неба, что ли? — спросила Пестелина.
— Почти. Все вино из нового ресторана Космос.
— Космос? Это где?
— Ну, как где? В Москве, само собой разумеется. Я, между прочим, там работал.
— Выгнали?
— Сам ушел. — Алексей незаметно для окружающих хлопнул рюмашку Хеннесси и удалился.