Наверное, она приедет уставшая. Может быть, приготовить ей что-нибудь на ужин? Хоть как-то проявить благодарность за то, что она для меня делает. Раз уж говорить «спасибо» мне настрого запрещено, попробуем отблагодарить иначе!
Завернувшись в халатик, я вышла из спальни и через весь дом направилась на кухню, попутно отыскивая выключатели и зажигая свет везде на своем пути, чтобы не было так страшно. Да и кошка эта еще где-то тут бродит… Сейчас еще прыгнет мне на спину откуда-нибудь, как рысь с дерева!
На кухне я принялась подробно изучать содержимое холодильника, чтобы понять, что же я смогу сотворить из имеющихся здесь продуктов.
Оценив ассортимент и прикинув свои возможности, я взяла в руки телефон и набрала сообщение для Насти:
«Жутковато мне тут без тебя… Я очень жду, когда ты вернешься. Ты голодная приедешь или нет? Хочешь, приготовлю ужин?»
Сообщение полетело по назначению, а я стала отыскивать какой-нибудь чай и кружку, чтобы немного согреться, потому как чувствовала какую-то неуютную зябкость.
Вода только-только начинала закипать в электрическом чайнике, а я успела опустить в кружку заварную сеточку с ароматным черным чаем, как раздался короткий сигнал о новом входящем сообщении.
Я взяла телефон в руки и прочла Настин ответ:
«Проснулась, Ангел? Надеюсь, тебе хорошо спалось! Я буду через час, максимум – через полтора. Так уж вышло, что сегодня я и правда осталась без обеда. Если насчет ужина не шутишь – буду счастлива! Но только с тобой вместе!»
Каким-то уютным теплом наполнилось все вокруг, когда я дочитала это ее сообщение, так скоро прилетевшее мне в ответ. Чувство одиночества сразу отодвинулось куда-то в глубину этого огромного дома и потерялось в нем. Я ощутила прилив энергии и странное рвение что-нибудь поскорее сделать! У меня есть в запасе минимум час.
Я спешно набрала новое сообщение:
«С чувством юмора у меня сейчас не очень, так что не шучу. Приезжай только…»
Не теряя больше времени, я принялась за дело. В холодильнике отыскался большой кусок охлажденной семги. Пока разогревалась сковорода, я отрезала два кусочка на стейки и отправилась искать приправы.
Когда первый стейк лег на сковороду, и по помещению начал распространяться запах жарящейся рыбы, в кухню с мурканьем, прижимаясь бочком к арке, вошла кошка. Мордочка заинтересованная и настороженная.
Я поглядела на нее, она – на меня, и некоторое время мы с ней так и играли в гляделки. В конце концов, Мальвина уселась на пол, изящно обернув хвостиком передние лапки, и стала наблюдать за моими действиями, а я вернулась к своим кулинарным занятиям.
Перевернув стейк на сковороде, я мелко натерла сыр на терке, чтобы приготовить салатик с зеленью… Стоп! А зелень есть?! Да, есть немного, как раз хватит, чтобы добавить в салат и сервировать рыбу.
На вторую сковороду я уложила тонко нарезанные баклажаны и проследила, чтобы они не пережарились – я планировала подать сырный салат в виде начинки для баклажанных роллов.
Занимаясь всем этим, я вдруг вспомнила, что неплохо было бы позвонить родителям. Набрав мамин номер, я немного поговорила с ней и сообщила, что на несколько дней поехала к подруге за город – развеяться и подышать свежим воздухом. Мама одобрила это «мое решение», и я даже различила в ее голосе некоторую надежду того, что ее замкнувшейся в себе дочке, наконец, будет полегче возвращаться к нормальной жизни. Ну, по крайней мере, как она это понимала. Я уверила ее, что все будет в порядке, передала привет папе, и мы распрощались.
Вот уже подходило время и второго стейка, и я, торопливо двигаясь по кухне, даже не успевала следить за временем.
Когда роллы с сырным салатом уже охлаждались в холодильнике, а стейки доходили на сковороде под крышкой, я направилась в столовую и отыскала в буфете необходимую посуду.
Столовая была большая – три широких окна с видом на заснеженный сад и пушистые сосенки в нем, длинный стол персон на двадцать, большой буфет с красивой и дорогой посудой, винный шкафчик… Я очень опасалась, что могу что-нибудь не успеть подготовить, так как я не имела понятия, что и где лежит. Так отчасти и случилось.
Я лишь успела поставить тарелки с одного края стола, отыскать салфетки и принялась было разыскивать нужные столовые приборы, как за окном мелькнул свет фар автомобиля. Я приблизилась к окну и, посмотрев в сторону ворот, увидела, что они открыты и на территорию въезжает уже знакомый мне наяву и во сне Настин серебристый «Мерседес».
- Вот черт, не успела… – с отчаянием проговорила я вслух и побежала на кухню, чтобы проверить варящийся на гарнир мелкозернистый рис.
Настя приехала даже чуть раньше назначенного времени. Когда я растрепанная и запыхавшаяся выскочила в холл, ей навстречу, она уже успела сменить сапожки на изящные туфельки и с усталой улыбкой повернулась ко мне. На ней был строгий деловой костюм – темно-синий жакет с юбкой до колен, белоснежная блузка.
- Привет, – произнесла я смущенно. В своем халатике и шлепанцах я рядом с ней выглядела по меньшей мере нелепо.
- Ну, здравствуй! – ответила она, улавливая носом запахи, доносящиеся с кухни. – Похоже ты там как следует освоилась, и нас ждет хороший ужин.
- Ага… – отозвалась я, поправляя непослушные волосы. – Правда не ожидала, что ты так быстро доедешь…
- Да я и сама не ожидала. Не торопись, мы ведь с тобой еще не совсем умираем с голоду!
Мы вместе с ней прошли по коридору, и Настя заглянула в столовую.
- Я помогу накрыть на стол, а ты тогда заканчивай там, что затеяла.
- Хорошо, – ответила я и поспешила на кухню.
Пока я занималась сервировкой основного блюда, приправляла рис специями и зеленью и укладывала на большой тарелке охлажденные роллы, из столовой доносилось позвякивание приборов и посуды.
Через несколько минут я услышала Настин голос:
- Ксюнь, оставь пока все, иди сюда!
Так как все уже было практически готово, я послушно вышла к ней, и мы встретились у входа в столовую.
- Пойдем, подыщем тебе что-нибудь надеть на вечер, – сказала Настя с улыбкой. – Для первого, считай, нормального ужина после столь неординарного знакомства, халатик этот, пожалуй, простоват!
Я с легким протестом и смущением подняла на нее глаза:
- Ну может бог с ним уже? – произнесла я робко. – Остынет еще все…
Она берет меня за руку и решительно ведет за собой.
- Нет! Так не пойдет! – возразила она строго, когда мы пересекли холл и начали подниматься по лестнице. – Я помню твои фотографии, я помню, как ты любила выглядеть, как следила за собой и как ты способна была блистать!
- Насть, ну сейчас-то уже все не так… – недовольно пробормотала я, увлекаемая моей подругой в спальню.
Она оставила меня посреди комнаты, смущенную, растерянную и с жалким протестом на лице, а сама прошла к длинному шкафу-купе, расположенному в дальнем конце комнаты. По-видимому, это ее гардероб. Впечатляет.
- Так или не так, но сегодня я попрошу тебя немного преобразиться, – произнесла она, сосредоточенно ища что-то внутри одной из секций. Приостановив поиски, она повернула голову ко мне. – Ты ведь сделаешь это для меня? Я больше ни о чем тебя не попрошу.
Просит! Она не просит – она отдает распоряжения. По крайней мере, у меня постоянно возникает такое ощущение. Но она распоряжается всегда именно так, что мне попросту нечего возразить!
- Для тебя – конечно… – ответила я, с некоторым унынием подходя к кровати и с поникшими плечами присаживаясь на ее край.
Мои опасения оправдались. Настя закончила поиски и уже шла ко мне с каким-то платьицем, парой черных чулок и красивыми босоножками с тоненькими ремешками и на шпильках. Она ставит передо мной обувь и кладет мне на колени одежду.
- Вот. Я думаю, будет мило, – проговорила она, отступая.
- Ты хочешь, чтобы я это надела? – задала я бестолковый, совершенно риторический вопрос.
- Именно. Платье подойдет точно. Насчет обуви – тоже почти уверена…
- Хорошо, – ответила я, почему-то очень стесняясь начинать раздеваться в ее присутствии. Странно…
Но она быстро успокоила мое нелепое волнение словами:
- Все, займись собой, – она указала на трюмо, установленное неподалеку от гардероба. – Там отыщешь всю необходимую косметику, если захочешь. Но ты, по-моему, и так очаровательна! Жду тебя внизу.
Очаровательна… Жалкий, помятый растрепыш…
- Посмотри, пожалуйста, не остыли ли стейки! – спохватившись, крикнула я ей вслед.
Из коридора донеслось: «хорошо!». И тогда я с отчаянием стала развязывать пояс и снимать халат… Черные чулки, конечно, не лучшим образом сочетаются с белоснежным бельем, но, впрочем, и платье непрозрачное, потому я натянула их на ноги и выровняла кружевные резинки. Настала очередь платья. Оно из плотной ткани, черное, без рукавов, но под горло, длинной чуть выше колен. Надев его и с трудом застегнув молнию на спине, я прошла к трюмо и повернулась несколько раз перед зеркалом, осматривая, как платье облегает мое чересчур отощавшее тельце.
Я поспешно расчесала волосы и, так как времени ни на что не было, собрала их сзади в привычный уже хвостик. Чуть попудрив слегка раскрасневшееся лицо, я позаимствовала у Насти тушь и подкрасила ресницы. Достаточно, наверное. Некогда возиться с макияжем – ужин может остыть совсем!
Вернувшись к кровати и снова усевшись на край, я примерила подобранную для меня обувь. Действительно, подходят! Вполне удобно… Но смогу ли я держать в них равновесие?.. После всех своих травм я ни разу не носила шпильки. Я встала и неуверенно прошлась взад и вперед по комнате.