Уже спустя несколько мгновений я была в Настиных нежных объятиях. И в этих объятиях у меня постоянно кружилась голова.
- Какие у тебя планы на сегодня, Ксюшик? – спросила Настя, когда мы в конце концов смогли друг дружку отпустить.
- Заеду в представительство, навещу родителей, – ответила я, отправляясь с чашками к мойке. – Ну а потом… – я приостановилась и максимально кокетливо поглядела на Настю через плечо: – …потом я в полной твоей власти! Вернусь часам к девяти, а может и пораньше.
- Чудесно! – ответила она, поднимаясь. – Тогда съездим сегодня в клуб.
Она имела ввиду один из спортивных клубов, расположенный здесь неподалеку и бывший филиалом Настиной компании. Остаток зимы и всю весну мы по выходным ездили туда на тренировки и в бассейн, что оказалось для меня крайне полезным. Моим личным тренером по фитнесу и лечебной физкультуре оказалась сама Госпожа Генеральный Директор, над чем я, разумеется, долго ехидничала. Но как бы то ни было, Настя не давала мне спуску и очень быстро помогла мне вернуться в прежнюю физическую форму.
- Так поздно? – сказала я, пуская воду из крана, и вновь поглядела на Настю, но на этот раз с недоумением.
- Ты против вечерней тренировки?
- Нет, нисколько!.. Хорошо, ну а потом?
- А потом – поглядим… Может быть погуляем или покатаемся… Не будем пока загадывать!
Вечерняя тренировка меня не особо удивила – такое бывало и раньше. Спорт-комплекс работал до одиннадцати вечера, но с теми привилегиями, которыми обладала Настя, мы посещали его даже ночью. Тогда мы с ней развлекались в сауне и плавали обнаженными в огромном бассейне… Но это уже совсем другая история.
Сейчас все было бы ничего, но что-то в Настином голосе насторожило меня. Она прекрасно умела хитрить и скрывать свои намерения, что ей практически всегда удавалось крайне успешно. Однако со временем я научилась иногда подмечать перемены в ее голосе, взгляде и движениях, которые могли свидетельствовать о том, что она что-то задумала. Вот и сейчас было то же самое. Я шестым чувством ощутила, что Настя как-то решила меня провести, но как я понять не могла.
- Мистифицируешь? – спросила я, прищурившись.
Настя осталась невозмутимой. Более того, она встала и тонкое одеяло, в которое она была небрежно завернута, с легкостью соскользнуло на пол, обнажив все Настины прелести.
Я закусила губу от негодования – она знает, как заставить меня забыть обо всем на свете.
Довольная произведенным эффектом, Настя усмехнулась, подобрала упавшее одеяло, после чего с достоинством направилась к выходу. А я, не в силах оторваться от ее талии и попки, провожала ее взглядом.
Не дойдя до выхода, Настя приостановилась и спросила, оглянувшись:
- К которому часу заказать тебе такси?
О мой бог, как сексуально она повернула голову, как сексуально всколыхнулись растрепанные локоны ее волос!
- К полудню… – ответила я, силясь проглотить какой-то комочек в горле.
- Хорошо!
И она наконец вышла из кухни. Тогда я смогла перевести дух и прошептать ей в след:
- Бессовестная…
Ведь через час я должна была уезжать, и Настя, разумеется, специально меня раздразнила. Ох, будь я только порешительнее и посильнее!.. Быть может я когда-нибудь все же решусь?..
– Не может быть! – говорил папа, разглядывая фотографию. – Невероятно просто! Мы втроем – мама, папа и я, сидели за столом в гостиной. В честь моего приезда они приготовили небольшой праздничный ужин, на который я поспешила сразу же, покончив с делами в представительстве корпорации. – Гляди, как бы ее не переманили в истребительную авиацию, – мама подтолкнула папу в бок. – У них там это принято! Будет еще наша дочурка выкручивать петли на самолетах… Как это у вас называется… Условного противника! – Ну мам! – воскликнула я возмущенно, в то время как они оба сидели, посмеиваясь. – К счастью, она не пилот, а инженер, – сказал в конце концов отец и спрятал снимок обратно в конверт. – И что же, мистер Шепард желает личной встречи? – это он произнес, снова обратившись ко мне. – Я так поняла, что да, – ответила я, пожав плечами. – А тебе это кажется странным? Какая-то шпионская игра и все такое? – Нет, что ты! – усмехнулся отец. – Это крайне маловероятно… Что ж, думаю, это было бы занятно. Как можно связаться с капитаном Шепардом? – Я дам тебе адрес электронной почты, – ответила я. – Превосходно… Я даже предполагаю, где можно будет встретиться. Семь восемь семь прилетит в августе на выставку? Папа имел ввиду международную авиационно-космическую выставку в подмосковном Жуковском, проходящую каждый нечетный год. – Думаю, что да, – сказала я, подумав. – В две тысячи девятом его не показывали. Теперь он наверняка будет в заявке на текущий, одиннадцатый год. Хотя я и не в курсе о намерениях компании. Но могу попытаться узнать. – А сколько опытных образцов сейчас летает? – Три. Еще с десяток вроде бы строится. Но ведь не факт, что капитан Шепард прилетит на выставку именно на той машине, которую представят к показу. – Это правда… Но если он хотел встретиться, то наверняка найдет способ приехать, – сказал отец, улыбнувшись. – Что ж, устроим радушный прием. Поедем всей семьей? Меня можно было не спрашивать – я и так буду присутствовать на событии по поручению представительства компании, и мы с папой повернулись к маме. Она нерешительно поглядела на него, потом на меня. – Милые мои, ну что мне там делать? – отозвалась она, пожимая плечами. – Там такой грохот и рев, что потом головные боли замучают! – Да брось, поедем! – сказал папа. – Хотя бы день побудешь. Много старых товарищей поедут. И Виктор с Мариной, и Женька… Хорошая компания соберется. – А американец? – спросила мама, усмехнувшись. – Его то вы чем займете? Водку пить научите? – Ага, научат, – вставила я. – И шапку зимнюю подарят… А я приведу своего ручного медведя! Будет прикольно, поехали! – Ох, не знаю… – мама покачала головой, вновь с легкой укоризной оглядев нас обоих. Мы с папой переглянулись, одновременно пожали плечами и рассмеялись. – Ну у нас еще есть время все решить, – заключил он, и мы продолжили наш ужин. Около семи вечера я поняла, что пора собираться. Немало машин скопилось уже на выездах из города – пятница все-таки, и к Насте проехать будет уже трудновато. – Ну, куда ты сейчас? – спросила мама, провожая меня в прихожей. – Навещу ребят, да наверное буду отдыхать, – отозвалась я, чувствуя укол совести за эту хоть и безобидную, но все же ложь. – Часовые пояса, взлеты-посадки… Утомляет сильно. – Конечно, милая, тебе расслабиться нужно, – мама обнимает меня и целует в щечку. – Все будет хорошо, – улыбнулась я ей. – У меня ведь впереди небольшие каникулы! – Будь осторожна и береги себя! – Обязательно, мамочка! В прихожей появился папа и бросил мне ключи, которые я ловко пойма на лету. – Я ее от поливалок спрятал, – сказал папа. – Чуть подальше во дворе. Направо, и увидишь. – Спасибо пап! – обняла его. – Я знала, что могу тебе ее доверить! – Езжай уже, Белоснежка! – ответил он. – И смотри – не вздумай гнать! Три тысячи оборотов – твой предел, ясно? – Слушаюсь и повинуюсь! – помахав им на прощанье, я вышла из квартиры и поспешила к лифту. Вечер был на удивление прохладным, и я не пожалела, что надела джинсы и захватила кофточку. Выйдя из подъезда, я пошла вдоль ряда перпендикулярно припаркованных к улочке автомобилей до тех пор, пока не заметила впереди знакомую мордочку. – Ну здравствуй, моя милая! – произнесла я, нажимая кнопку брелка. – Вот я и вернулась! «Снежинка» радостно отозвалась двумя короткими сигналами. «Снежиночка»… Она подросла с момента своего возрождения – теперь это седан, а не хетчбэк. И все-таки она все та же – беленькая, даже на таких же дисках, как и раньше, которые я отыскала в одном из интернет-магазинов… С наступлением весны я поняла, что скучаю по своей девочке. Настя еще пару раз пыталась мне намекнуть, что решить проблему с машиной совсем несложно, но в этом я была совершенно непреклонна и не желала ничего слушать. Поразмыслив немного, я тогда собрала почти все бывшие на мое банковском счете деньги и в середине марта отправилась в автосалон. Новенькую белую
WRX
я отыскала без особых трудностей. Но в своем первоначальном виде она была далека до нужного мне идеала. Выслушав нудные расхваливания сотрудников автосалона, я в итоге просто сказала им – заверните. У меня и в мыслях не было сейчас же садиться за руль этой машины. Я забрала ее из салона лишь через неделю, наняв эвакуатор, на который ее и погрузили. В течение той недели я выискивала необходимые запчасти и, используя некоторые свои личные старые связи, договаривалась о проведении необходимых работ, что в итоге окончательно опустошило мой счет. Но это меня мало беспокоило. Впереди меня ждала новая интересная работа, за которую к тому же платили вполне приличные деньги, которых мне должно было хватить на жизнь.
Я никому не собиралась больше позволять содержать меня. Родители и так обеспечивали меня слишком долго. Лишь благодаря им у меня были средства и возможности начать собственную жизнь. Но эти средства были использованы, наверное, не совсем так, как им хотелось бы… Однако же с моей профессиональной стороны им вовсе не в чем было меня упрекнуть, и я немножко гордилась собой за это… Ну а Насте я не позволю обеспечивать меня просто из принципа!