– Как уезжаете? Зачем? – немного растерянно переспросил Савелий Игнатьевич.
– Говорю же – заканчивается срок действия документов. Я иностранный гражданин, – зачем-то пояснила Малика.
Заведующий встал из-за стола. Отошел к окну. Если бы женщина его не знала, то подумала бы, что он всерьез занервничал. Да только не могло такого быть. Рослов был невозмутимым и властным. Именно эти качества заставляли Малику млеть от одного его вида, когда она только пришла к нему на работу пять лет назад.
– Так почему ты не продлила документы? – немного резко спросил он, вытаскивая сигарету из пачки. Малика удивленно уставилась на начальника. Во-первых, он впервые перешел на «ты», а во-вторых, решил закурить в кабинете. Это было нарушением всех неписаных правил.
– Не посчитала нужным. Я не могу больше работать в этом коллективе.
– Почему? – уточнил Рослов, выдыхая дым в приоткрытую форточку.
Малика снова опустила взгляд. Он, что же, хочет, чтобы она озвучила очевидные вещи?
– Вы не можете не знать, что творится в коллективе. Значит, в курсе, как ко мне относятся.
– После той истории с изнасилованием?
Женщина сжалась. Ее взгляд будто бы прирос к полу. К горлу подкатила тошнота. Насилие – это самое худшее, что может случиться с человеком, но Малику подкосило нечто другое. Ее насильник оказался сыном очень влиятельных родителей. Женщина и сама не поняла, как им удалось все провернуть, но уже через несколько дней она из жертвы превратилась в обвиняемую. Адвокаты этих людей смогли получить доказательства посещения ею довольно специфического тематического клуба. Малику обвинили в том, что она, потакая своим извращенным сексуальным фантазиям, сама спровоцировала несчастного парня, совратила его и теперь пытается очернить, вымогая крупную сумму денег. Она пыталась что-то доказать, бродила по властным кабинетам, но так и не добилась справедливости. Ей порекомендовали забрать заявление, что она и сделала под беспрецедентным давлением сильных мира сего. А потом сразу же столкнулась с еще одной бедой: подробности дела стали известны на работе.
– Да. Из-за нее.
Савелий Игнатьевич задумался, дымя сигаретой. Потом резко ее затушил и повернулся к посетительнице:
– Я заткну им рты. Так что, продлевай документы, и думать забудь об увольнении.
Малика пораженно уставилась на начальника. Нет, она не сомневалась, что это в его власти, просто не ожидала таких слов. Совсем. Да и поздно уже…
– Спасибо большое, Савелий Игнатьевич, но уже ничего не изменить. Я пропустила сроки, отведенные на повторное обращение.
Женщина улыбнулась с легким сожалением. Все-таки ей нелегко было прощаться с этим периодом жизни. Прощаться с ним… Пусть она и не имела шансов, но любоваться заведующим и мечтать… ей никто не мешал.
– Сиди тут, и никуда не выходи, – приказал Рослов и вышел из кабинета. Малика проводила начальника изумленным взглядом, но послушно осталась. Его не было долго. Минут тридцать, а может и больше. И первый же вопрос, который он задал, когда вошел, поверг женщину в шок:
– У тебя есть мужчина?
– Простите… – недоуменно хлопала глазами Малика.
– Мужик у тебя есть? Или ты одна?
– Одна… – Женщина сглотнула, все еще не понимая, с чего бы вдруг ему задавать ей такие странные вопросы.
– Тогда завтра идем в ЗАГС.
– З-зачем?
– Брак с гражданином позволит тебе решить все вопросы с документами.
– Какой брак?
– Малика! Соберись! Мы поженимся. Ты давно мне нравишься, и я совершенно не хочу, чтобы ты уезжала. Так что, выход у нас один. Так как? Ты согласна?
Наверное, если бы это был не Савелий, Малика никогда бы не согласилась. Но это был ОН, что в корне меняло все. Ради него она готова была пойти на авантюру. Ради него она готова была рискнуть.
Они действительно поженились на следующий же день, благо, сейчас это было возможно. А потом весь день в срочном порядке решали ее проблемы с документами. И только в машине, по дороге домой, Малика действительно осознала, что же наделала! Она действительно вышла замуж за Рослова!
– Приехали, Малика.
Женщина осмотрелась. Новый спальный район. Яркие современные дома. Не сравнить со старой, загаженной хрущевкой, в которой она снимала однушку. Рослов схватил ее чемоданы, напрочь отказавшись от помощи, и побрел к среднему подъезду. Женщину охватило волнение. Они молча поднялись на седьмой этаж и очутились в достаточно просторной светлой квартире.
– Мебели практически нет, так что у тебя будет возможность сделать все на свой вкус, – небрежно заметил Савелий, разуваясь. – Осмотрись и проходи в спальню.