– Что у вас случилось, Богдан? Она сама не своя домой прибежала, закрылась у себя в комнате, и не выходит…
– Долго объяснять. Дома все расскажу.
Он рассказал облегченную версию произошедшего, упустив особенно оскорбительные моменты. Женькина мать потерла ухоженную бровь, опустила устало голову.
– Так будет всегда. У нас незрелое общество. Такие, как Женя, в нем всегда будут белыми воронами. Поэтому подумай хорошенько, хочешь ли ты продолжать ваши отношения.
– Да что вы такое говорите! – начал Богдан.
– А ты не кипятись. Взвесь все, подумай тысячу раз. Женька все больше к тебе привязывается. Понимаешь? И если ты решишь найти менее проблемную девушку…
– Я не решу!
– Богдан… – устало выдохнула Ирина Васильевна. – Я вам не враг. Просто… Господи… Да тебе же интимных отношений захочется, а я даже представить не могу, нужно ли это ей…
Парень ужасно смутился. Впрочем, и сама женщина чувствовала себя не лучше. Но ей нужно было до конца все прояснить. В их ситуации невозможно было иначе.
– Я… кхм… не буду настаивать… То есть, у нас все будет, только, если Женя захочет…
Так все впоследствии и случилось. Когда Женька немного отошла после случившегося на вечеринке, они впервые поцеловались. Робко, едва дыша. Богдан понятия не имел, как Женька отреагирует на его самоуправство. В интернете и на форумах о таком писали немного. Все зависело от характера самого расстройства. Для большинства аутистов вопрос секса просто был снят с повестки дня за ненадобностью. Поэтому здесь Богдан действовал на свой страх и риск. Поцелуй и… ничего. Она просто потрогала губы рукой и отвернулась, будто ничего не случилось. Но Богдан был настойчив. Через месяц Женька уже охотно отвечала на его ласки, и даже тянулась за ними. Вот тебе и нарушение чувственного восприятия… Похоже, у Женьки с этим все было в порядке. Она любила получать ласки. И делала это с удовольствием. Не скрываясь, и не таясь. Это был такой запредельный кайф – ласкать человека, который абсолютно ничего не таит!
– Женька, Женечка… Маленькая, давай уже до конца, а? – Богдан едва сдерживался. Самоудовлетворение не приносило больше разрядки. Он хотел Женю.
Она решительно кивнула:
– Хорошо. Будет больно, да?
Черт, больно, конечно, будет… Но эта боль – доказательство того, что он первый! А это вообще запредельно круто – быть первым у любимой женщины.
– Я постараюсь аккуратно, Женька… Я постараюсь.
Он действительно старался, как мог. Ласкал ее пальцами до отупения, скользил по влажным лепесткам, добавил на всякий случай заранее приобретённой смазки, толкнулся внутрь. Женька всхлипнула. Он замер.
– Сильно больно, маленькая?
– Сильно!
– Мне выйти?
– Нет. Я тогда больше никогда на это не решусь.
Смелая, сильная, его! Ну и что, что странная, и не похожая на других?! Толкается аккуратно, поглаживает узелок клитора. И так раз за разом. О ее удовольствии речь, по всей видимости, не идет, поэтому Богдан старается просто быстрее закончить. И ему не требуется много времени для этого. Он кончает, и падает на девушку.
– Ну, как ты?
– У меня все болит. И мне не понравилось.
Ну, Женька была бы не Женькой, если бы не рубанула правду-матку прямо в лицо. Не сказать, что это не задело Богдана. Какому парню не хочется почувствовать себя супер-мачо рядом с любимой женщиной? Задело его, конечно, прилично… Но… Он ведь знал, что может быть и так. Что, скорее всего, так и будет…
– Жень, я буду больше стараться в следующий раз. Обещаю. Тебе будет хорошо.
Она ничего не ответила. Просто встала, оделась и вышла из комнаты. С ней такое частенько случалось. Женька замыкалась в себе, когда эмоции были слишком сильными. Он к этому тоже привык. В принципе, они вообще здорово справлялись со всякими трудностями. Удивительно, но основной проблемой для Богдана стало не расстройство любимой, а собственная мать. Он познакомил ее с Женькой в канун Нового года. Не то, чтобы Жене этого очень хотелось, но парню удалось убедить ее, что это странно, когда мать не знакома с девушкой сына. К тому моменту они с Женькой встречались уже десять месяцев.
– Мам, ты только имей в виду, что Женя – особенная.
– Понимаю, Богдаша… – улыбнулась мать. – Конечно же, особенная, ты ведь в нее влюбился.
– Эээ, ну да… Только дело не только в этом… В общем, у нее небольшое расстройство аутического характера.
Руки Татьяны Ивановны замерли прямо над тестом, глаза широко распахнулись:
– Ты встречаешься с ненормальной?
– Почему? – удивился Богдан. – Женя умная и адекватная девушка. У нее есть некоторые особенности, только и всего.