– Меня носило?! Ты в своём уме?
– Посреди ночи свинтила, как ворюга последняя! Мне пришлось пересчитывать столовое серебро…
– Пересчитывать серебро?! Да ты… Да ты… Индюк надутый!
– А что мне было думать?! Какой нормальный человек так поступил бы?!
– Ещё скажи, что хотел со мною проснуться! Мог бы поблагодарить меня за то, что я избавила тебя от неловкости утренней встречи!
– Дура!
– Что?! Ну, знаешь ли… – Вита гордо отвернулась и двинулась в сторону выхода, но мужчина не позволил ей этого сделать. Схватил за руку и потащил куда-то. Впихнул в комнату, щёлкнул замком двери.
– Т-ты, чччто это себе ппозволяешь? – заикаясь, выдавила из себя Вита.
– Даю тебе то, ради чего ты в действительности сюда пришла.
– Я пришла из-за статьи! – отчаянно запротестовала женщина. – Мне поручили написать рецензию на твой ресторан. Ты ведь в курсе, что сейчас готовят в печать материал о твоём заведении… Не можешь не знать… А я ведь ресторанный критик… – лепетала Вита. А Бачо, не обращая на ее слова никакого внимания, решительно усадил женщину на собственный письменный стол и дёрнул вверх подол её платья. Объяснения любовницы его мало интересовали. Гораздо больше мужчину волновало совсем другое – его горяченькая рыжуля, о которой он мечтал столько времени, наконец, снова с ним!
Руки проводят по бёдрам, перемещаются на талию. Бачо хмурит брови и стаскивает женщину со стола, волчком поворачивает ту к себе спиной и снова зажимает половинки.
– Ты что, на диете сидела? – недовольно интересуется, продолжая поглаживать полюбившуюся попку.
– Мне кастинг проходить… На телевидении, а там камера пять килограммов прибавляет… – прерывающимся голосом шепчет Вита, с которой вмиг слетели вся напускная холодность и безразличие.
– Никаких диет! Не потерплю рядом с собой сушёную воблу!
Она не спорит. Только выгибается сильнее навстречу его жадным рукам.
– Скажи: «Хорошо, Бачо. Никаких диет».
– Никаких, – всхлипывает женщина и стонет, потому что его руки, наконец, касаются ее трепещущей груди. Ладонь ныряет под чашечку лифчика, пальцы жадно сжимают отвердевший сосок, оттягивают его, заводя Виту ещё сильнее. Другая рука отодвигает в сторону трусики, и тут же член погружается внутрь. Она готова принять всю его длину, готова ответить на каждый агрессивный толчок. Руки хватаются за спинку кресла, в попытке удержаться. Бедра бьются о бёдра, изо рта вырывается первый крик, и тут же звонкий шлепок обжигает ягодицу:
– Тише! – шикает Бачо. – Кричать будем дома!
От этого непотребного действа, от его хриплого голоса с акцентом тело окончательно слабеет. Вита прижимается к спинке кресла грудью, головой упираясь практически в сиденье, и ещё сильнее прогибает поясницу. Зрелище невероятно эротическое. Бачо, который совсем недавно беспокоился по поводу сопровождающих процесс звуков, забывает обо всем и рычит, продолжая вбиваться в податливую разгоряченную плоть. А потом собственным фартуком вытирает с тела любовницы следы своей несдержанности, в то время как она приходит в себя, после оглушительного оргазма.
– Так что там по поводу статьи?
– Нужно написать рецензию на твой ресторан. – Язык слушается с трудом, тело переполнено удовольствием и негой. Насквозь мокрые трусики неприятно холодят промежность.
– Значит, ты и есть та самая Вита Волк?
– Ага. Вот она – я.
– Ну, хоть кого-то толкового прислали из этой редакции!
– Эй, Галка хороший корреспондент!
– Она спрашивала у меня, с кем я сейчас встречаюсь! Как это относится к моей кухне?!
– Ну, знаешь ли, этот глянец все-таки ориентирован на женщин! А им, как правило, интересны такие вопросы… – Вита, провела рукой по волосам в попытке придать им подобие какой-то причёски, одернула в который раз подол платья. Бачо тоже привел себя в порядок. Обтерся и без того испачканным фартуком, поправил форменную рубашку шефа.
– Ну-ну, интересно им… Пойдём. Покажу тебе высший пилотаж.
Вита покраснела, потому, что в голову пришла абсолютно справедливая мысль о том, что высший пилотаж она сегодня не только выдела, но и испытала на себе. Бачо считал её мысли мгновенно. Рассмеялся, а она, вспыхнув ещё сильнее, поспешила к двери, чтобы не насмешить его ещё больше. А потом… Потом он все-таки показал ей своё мастерство шефа, и если можно было завести её воображение ещё сильнее, буквально влюбив в себя, то это случилось в тот самый момент. Вите понравилось все! И просто слушать объяснения Бачо, и вступать с ним в спор относительно сочетания некоторых специй или компонентов, и молча наблюдать за волшебством, которое творили его большие, сильные руки.