— Спасибо.
Мне было стыдно даже в глаза Косте смотреть в этот момент. Он столько сделал для моей семьи. Он нас всех спас, надежду подарил, а я за его спиной... Мерзко, гадко, противно от себя самой.
Когда муж уже собирался в прихожей, мне отчаянно захотелось кинуться ему на шею. Попросить не оставлять одну так надолго, до самого декабря. Его присутствие все же отрезвляло, не давало мне зайти слишком далеко. Совесть дико мучила каждый раз, когда Костя оказывался рядом. Каждую ночь, когда смотрела на его спину в темноте комнаты.
— Поцелуешь? — спросил перед уходом.
Я робко кивнула.
— Иди сюда, — протянул ко мне руки.
Я подошла. Костя обвил меня за талию и притянул к себе. У него были жесткие губы. Твердые. И щетина на лице царапала кожу. Но поцелуй всегда нежный, неторопливый, ленивый. Без искры. Без сбивающего с ног желания.
От него вкусно пахло. Костя был очень привлекательным мужчиной. Ярким брюнетом с темными глазами. Проработанной в зале фигурой. Со стороны он казался вообще идеалом. Я знала, сколько было желающих занять мое место.
Так почему же во время поцелуя с ним я думала со всем о другом? У которого, наоборот, мягкие губы и щетины нет. Который целовал всегда с напором, требовательно, горячо, до дрожащих коленок.
От которого с ума сходила с самого первого дня, как только приметила в толпе.
Что же это за наказание такое?
Стоило за Костей закрыть дверь, как я ломанулась в сторону ванной. Почистила зубы, прополоскала рот. Забралась в душ и натиралась щеткой до красной кожи. А потом сползла по стене на дно душевой кабины, прижала коленки к груди и зарыдала.
Кое-как взяла себя в руки, успокоилась и собралась на учебу. Осознанно вознамерилась поговорить сегодня с Русланом.
Но на первой потоковой лекции его не было. Из всей троицы на задних рядах присутствовал лишь блондин, Керимов, с довольно помятым лицом.
После лекции набралась смелости и подошла к нему.
— Привет, Денис, — поздоровалась с лучшим другом Руслана.
Керимов оторвался от телефона и возвел на меня свои зеленые, сонные глаза. Посмотрел с примесью удивления.
— Ну, привет.
Я бегло огляделась по сторонам.
— Ты не знаешь, Руслан сегодня будет на учебе?
Парень ухмыльнулся.
— Допустим, что нет. Мы вчера немного потусили. Так что думаю, Рус сегодня решил отоспаться, — неприязненный тон Керимова кольнул по самолюбию. — А в чем проблема самой его набрать? Вы же, типа, встречаетесь?
— Мы поссорились. Вчера. Как будто он тебе не рассказал.
Прямо выбесил меня этот Керимов.
Парень отложил телефон и уставился на меня с еще большим интересом.
— Слушай, Ник. Я вот не пойму, ты ему по мозгам ездишь или как?
Проницательный, хотя с виду легкомысленный раздолбай.
— Не твое дело.
Основное я выяснила, так что вступать в дальнейшую полемику с этим парнем не намеревалась.
На второй паре Руслан тоже не появился.
Следующей у его группы поставили физкультуру. Я подождала у стендов рядом с раздевалками. И снова зря.
Позвонила сама. Потому что пока была полна сил и решимости все оборвать, тянуть совсем не хотелось.
Но как же я оказалась наивна.
Стоило мне увидеть Руслана, как все самообладание рассыпалось прахом. Все слова растворились еще в зародыше, а накатившие эмоции захлестнули удушливой волной, отключая мозг и все его функции.
Он предстал передо мной в одних клетчатых штанах. Рассеянный, взъерошенный, щемяще прекрасный, как самый несбыточный на свете сон. Я не смогла удержаться и не пробежаться глазами по всему, что не скрывала одежда, сбивая дыхание, превращая его в хаотичный ритм.
Волнение пробежалось ледяным ознобом. Завертелось в районе живота в тугой комок.
И все стало ясно, как белый день. Я не смогу все закончить первой.
— Прости меня, — тихо попросила с порога, сжимая в руках сумку до побелевших костяшек.
О чем подумал Руслан, когда я произнесла данные слова, мне неведомо. Может, о нашей ссоре. Или о моем нежелании рассказать ему о себе.
Сама же просила прощения у него за боль, которую причинила, за свое вранье. За то, что не нашла сил рассказать всю правду сразу. За то, что не нашла сил отказать. За то, что втянула нас в историю, у которой не будет счастливого финала, изначально осознавая все последствия. За все в совокупности.
Я смотрела на него и испытывала невероятное чувство, будто знала его с самого детства. Всю жизнь. Сквозь взгляд этих небесно-голубых, невероятно красивых глаз я видела свою родную душу.