Когда я сошел с “Бигля”, то простился с Уолсингемом. Они помешались на новых некроинженерных возможностях и политических интригах, а моим вопросам так и не вняли. Возвели в абсолют догму: мол, душа присуща человеку как отличительная черта. Она-де отвечает за наше мировосприятие, она источник разума и моральный светоч.
Люди словом своим поднимают мертвых. Силой заклинаний, выбитых на каких-то перфокартах! Душа понимает слова. Когда я высказал предположение, что мы не можем омертвлять других животных потому, что не разумеем языка, на котором говорят их души, меня подняли на смех. Я стал искать некий язык, некролингву, который бы понимали все мертвецы на свете. Речь души, которой, как я полагаю, не может не быть у других живых существ. Мне казалось очевидно, что душа – это универсальное явление. А чтобы это доказать, мне надо было просто омертвить любое другое животное.
В бегах от Уолсингема, а потом и от жаждущего наживы “Пинкертона”, и от исследующего тайну жизни “Арарата”, я продолжал исследования. Вы, разумеется, понимаете, что для любого научного труда необходим материал. Я жил среди мертвецов и искал их язык. Продолжал биться в поисках слов души. И одновременно рыскал среди царств растений, животных, руд и минералов.
Касательно ностратической теории. Федоров… был верным товарищем в моих изысканиях, но он, столь истово веруя в сохранение души и полное и совершенное воскресение, сказал бы так: язык, на котором человек говорил во время о́но, когда нас еще не изгнали из Эдема, на котором назвал он всякую живую тварь, – тот и есть язык души. Что истинный язык сохранялся до падения Вавилонской башни, а люди общались одними душами. И дескать, если восстановим тот язык, то наш вид преодолеет все рамки, научится истинной коммуникации, постигнет таинство воскресения, и время остановится, а смерть и утрата исчезнут из этого мира.
Но не содержат ли и священные книги, на которые он опирался, противоречий? Человек появился в книге Бытия, глава первая, стих двадцать седьмой. “И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их”. Видите? “Мужчину и женщину”. Но не говорится ли там же, во главе второй, стих двадцать второй, что Ева сотворена из ребра Адама? Что же за женщину Он сотворил первоначально? Еврейские раввины называют ее Лилит. Гностики приводят этот стих как аргумент, что наш мир создало фальшивое божество. Они считают, что именно та, первая женщина, погубила Адама и Еву. В ее лице демиург вмешался в творение Бога. Среди его скверных проделок, разумеется, и аннигиляция Адамова языка.
Но позвольте мне спросить, что это за язык такой? Миф о Вавилонской башне приводится также в книге Бытия, глава одиннадцатая, стих шестой и далее. А что же тогда предыдущие десять глав? Возьмем, скажем, главу десятую, стих двадцатый:
“Это сыны Хамовы, по племенам их, по языкам их, в землях их, в народах их”.
“По языкам их”! В десятой главе много подобных пассажей. Значит, в Ветхом Завете признается, что и до падения Вавилонской башни язык уже раскололся.
Я научился так называемому языку души. Так же, как и ваша Лилит. Это тот язык, на котором составлены “Записи Виктора”, которые я когда-то, не в силах их прочесть, оставил на Земле Санникова. За время своих странствий я понял, что сделаны они вовсе не Викторовой рукой. Когда увидел «Книгу Дзиан» у адептов Звездной Мудрости – это то сообщество, которое образовалось в молодых Штатах вместо иллюминатов, когда тех объявили еретиками. Таинственная книга, и никто не знает, где и когда ее составили. Вся современная некроинженерия растет из другого списка этой книги.
Я с головой ушел в ее изучение так же, как когда-то Виктор. Ее язык отвергает человеческое понимание. Он подчиняется нечеловеческой логике. Доктор Ватсон, Вы упрекнули меня, что я сею по всему миру новые некротехнологии. Позвольте мне опротестовать это утверждение. Человек не способен постичь “Книгу Дзиан”. Это под силу только странным созданиям вроде вашего покорного слуги… либо Лилит. Или же вполне развившимся Аналитическим Машинам. Я восхищен, что содружеству иллюминатов и Лунного общества удалось хотя бы поверхностно и несовершенно дешифровать ее содержание. Прошу вас припомнить, что для удаленного управления мертвецами мне пришлось специальным образом настроить мозг. Этот эксперимент наконец увенчался успехом в замке в Трансильвании. Да, я овладел новой технологией, но вместе с тем – языковой системой, отличной от человеческого мышления. Вы должны понимать, что, таким образом, я не могу поделиться этим знанием с миром, даже если захочу. Внешний мозг не может быть использован человеком, поскольку для проектирования и управления этим механизмом необходимо освоить язык, который человек понять неспособен. Он принципиально несовместим с человеческим мышлением. Вы, наверное, слышали о Томасе Уркхарте, который перевел “Гаргантюа и Пантагрюэля”? Говорят, он умер от смеха.