От его слов у меня комок встал в горле, пришлось сглотнуть.
– Ты плачешь?! – испугался он, опять заглядывая мне в лицо. – Я что-то сказал не так?!
Уткнувшись в его колет, я вдохнула его запах, чувствуя, как снова закружилась голова.
– Так бы и слушала целый день, – умиленно заверила я. – Миркус, не сердись, но мне, действительно, пора. Подводные чертоги ждут. Старшие не простят, если такую сногсшибательную новость они услышат не от меня.
Принц округлил глаза.
– Ты не поверишь, но я совершенно забыл, что ты не только ганзурийская принцесса, но и внучка Морского Владыки, – растерянно признался он и заволновался. – Как ты думаешь, он не будет против?!
Я подняла голову и скорчила задумчивую гримасу.
– А вот мы и посмотрим, – хмыкнула я.
Миркус недоверчиво прищурился.
– Говоря «мы», ты и меня имеешь в виду?! – уточнил он и, после моего кивка, спросил. – Значит, я смогу лично увидеть Повелителя морей?! И как я узнаю его?!
Я едва сдерживала смех.
– Когда из бурлящего моря поднимется пятиметровая фигура с трезубцем, у тебя не останется и тени сомнений, – заверила я.
Глаза принца округлились.
– Он действительно такой гигант?!
– Владыка Баракат – великий чародей, и при этом любитель театральных эффектов, – раскрыла я семейную тайну. – Но уверяю тебя, не его мнение будет решающим в этом деле. Заручиться поддержкой Владычицы Файрузы – куда важнее.
Миркус заинтересовался.
– Значит, в подводном мире царит матриархат?!
Я усмехнулась.
– Услышал бы тебя мой пращур, – покачала я головой. – Нет, конечно. Просто у каждой своей сферы влияния. Дед управляет подводным миром, поддерживает жизнь в океане, он – гарант благополучия и процветания своего народа. А бабуле больше интересна духовная составляющая личности. Чувства, отношения, эмоции. Поэтому с нашим вопросом лучше идти к ней.
Он слушал меня, как завороженный.
– В голове не укладывается, что те, о ком я читал в сказках, реально существуют, и к тому же являются ближайшими родственниками моей любимой девушки, – наконец выдал он.
Я погрозила ему пальцем.
– А вот про сказки лучше не упоминать, – посоветовала я. – Старшие, без сомнений, существа древние, но отнюдь не мифические.
Миркус светился любопытством.
– Мне известна история создания мира. Вернее, земной его части, – поправил он себя. – Но подводная жизнь для меня – тайна. Просветишь?!
Я приняла вид «ученой дамы», Миркус понимающе изобразил прилежного ученика.
– Итак, после того, как Всевышний сотворил драконов-демиургов, а они создали этот мир, он начал экспериментировать с земными жителями. Эльфы, гномы, люди – все они плод его деяний. И только наработав определенный опыт, Творец обратил свой взор на океан. Жизнь там была и раньше, разумной она не была. И Создатель решил заполнить этот пробел. Подводные более совершенные существа, чем земные. Они могут жить и в море, и на суше, за что так ненавидимы сухопутными, поэтому и стараются пореже попадаться им на глаза. Даже упоминаний о подводных на земле редко встретишь. Я уж не говорю о том, что жители океана внешне гораздо привлекательнее. Видимо, создавая морскую расу, Всевышний испытывал эстетическое удовольствие. Жаль, что теперь смешанные семьи исключение, только подтверждающее правило, – я вздохнула. – А, что касается Старших, то Баракат и Файруза – создания Единого Творца. Они не демиурги, но после них, самые сильные маги этого мира. Они слегка повздорили в тот момент, когда твой галеон подходил к Ганзурийским островам, и в результате корабль налетел на Однозубую скалу, экипаж едва не погиб, а ты…
– А я был спасен тобой, поцелован и пленен навеки, – закончил он, улыбаясь. – Так вот значит, кому я обязан своим счастьем. Непременно при встрече поблагодарю твоих предков.
Принц так смотрел на меня, что я покраснела, снова ощущая прилив жара внутри.
– Тебе пора, Миркус, – хрипло пробормотала я. – Тебя хватятся во дворце. Искать начнут, чего доброго, ход тайный обнаружат, – я высвободилась из его объятий.
Он отпустил меня, но очень неохотно.
– Амира, я буду скучать, – он сложил брови «домиком». – Возвращайся поскорее.
Я улыбнулась.
– Уже тороплюсь обратно, – заверила я. – Иди.
Мне не хотелось, чтобы он смотрел: как я в узкой маджле иду по песку. Мне всегда казалось, что походка при этом выглядит неприлично-вызывающей. К тому же, увидев меня в воде, он бы все понял, ведь, намокнув, моя бирюзовая ангия тут же выдала бы степень моего возбуждения. Нет уж, я пока не готова к таким признаниям!
Принц послал мне воздушный поцелуй и послушно отправился в сторону скал. У входа в тоннель он обернулся, помахал мне рукой и исчез.