Этим чиновникам оккупационной власти очень нравились новые не мятые удостоверения личности и документы. Если документ был плохо проштампован и смят, документ подвергался сомнению и считался поддельным. Именно в моем присутствии они очень привязались к пожилой работнице, у которой был очень слабый штамп в удостоверении личности, и начали сомневаться в этом самом правильном документе. Женщина со слезами на глазах пыталась доказать немецким господам, что документ не поддельный, но они взяли мой «аусвайс» и продемонстрировали, что печать и надпись должны быть как у господина Легздиня. Эти недалекие чиновники даже не знали, что «господин Легздиньш» только вчера закончил сам вырезать эту новую печать командования, попросил товарища, свободно владеющего немецким языком, написать этот «аусвайс» и собственноручно проштамповал «аусвайс», и дал себе «разрешение» вывезти в Ригу оружие, необходимое для вооруженного восстания против немецких и латышских господ.
Были случаи, когда по какому-то подозрению на Рижском вокзале обыскивались пассажиры, и поэтому я никогда не выходил из поезда на главном вокзале в Риге, а на товарной станции, где поезд всегда останавливался. Там было меньше охраны и такой район, где было бы легче заблудиться, если бы произошло столкновение с полицией. Каждый раз перед высадкой на станции вынимал из чемодана браунинг, чтобы в случае задержания уничтожить ближайшего противника.
Было много случаев, когда революционных солдат, унтер-офицеров и фельдфебелей немецкой оккупационной армии, находившихся в командировках в Риге, использовали партийные организации для перевозки оружия и весточек, и каждый раз посылки доставлялись в безопасности. Конечно, перевозки с помощью военных были самыми безопасными, потому что военных не досматривали ни в поезде, ни на Рижском вокзале».[1]
Создание и обучение боевых групп
Залогом успеха восстания были боеспособные кадры. По распоряжению Рижского ВРК все члены Рижской организации СДЛ должны были приобрести навыки владения оружием и стать настоящей боевой единицей. Все члены организации были разделены на боевые отряды по 20 человек. Были как боевые, так и санитарные группы. Рига была разделена на 3 боевых района, например, в состав Пардаугавского района входили 4 боевых и 2 санитарных группы. Наряду с мужчинами в группах состояли и женщины. Всего в Риге было создано 18 боевых групп.[35] После первого удара и взятия самых важных объектов в военные действия должны будут втянуться боевые силы остальных трудящихся Риги.
Фото 40. Латышская 2-я стрелковая бригада входит в Ригу. 4 января 1919 г.
Наиболее опытные и умелые боевики начали обучать боевой состав став инструкторами. Знающие военное дело товарищи не посещали такие обучения. Это было связано с более рациональным распределением времени, заданий и, конечно, конспирацией – незачем было создавать излишние передвижения и скопления членов боевых групп. Как пишет Мирамс: «Лучшими из инструкторов были В. Зиле (Имантс), Дрейманис, А. Нейманис (Джек) и еще пять товарищей, имен которых я не помню. Некоторые из этих товарищей были старыми бойцами, умевшими обращаться не только с разным оружием, но даже с гранатами разных систем. При этом они прекрасно владели взрывными работами и научились обращаться с пушками. К сожалению, в нелегальных условиях эти члены не могли передать все свои знания другим, потому что в организации пулеметов и пушек не было. Но товарищи были обучены обращению с оружием и бомбами различных систем, находящихся в распоряжении организации».[1]