– Проводник?
– Мне нужно видеть эти игры так, как видит их опытный игрок. И я не могу доверять какому-нибудь двенадцатилетнему подростку или работнику CyberStorm. Мне нужно умение хранить тайну.
– И вы не хотите, чтобы Демон понял, что вы делаете?
– Слушайте, вы же профессионал в информационных технологиях. Вы понимаете, насколько опасна сложившаяся ситуация. Мы не знаем, что именно задумал Демон, и не имеем понятия, насколько он велик.
– Доктор Филипс! – Майор поднялся на ноги. Она повернулась и указала на него пальцем:
– Если вы собираетесь цензурировать мои беседы на протяжении всей этой проклятой поездки, Майор, то мы сейчас же направляемся обратно в Мэриленд. Уж кто-кто, а я остро осознаю возможные последствия этого разговора для национальной безопасности, но эта дискуссия необходима. Вы поняли меня?
– У меня приказ, доктор.
– Что ж, тогда у нас проблемы, потому что у меня приказ остановить Демона, а у вас, по всей видимости, приказ остановить меня.
Майор бесстрастно стоял на месте. Филипс еще немного посверлила его взглядом, а потом повернулась к Россу:
– Мне нужно вычислить топологию Демона, чтобы оценить угрозу.
У Росса ушло некоторое время, чтобы отойти от ее неожиданной вспышки в сторону Майора:
– Вам нужен генеральный замысел Демона?
– Да. Я пытаюсь разработать хронологию его появления, чтобы можно было соотнести ее с финансовыми и дорожными активностями Соболя в реальном мире. Если у меня получится реконструировать график разработки, то можно будет попробовать сделать некоторые выводы о его топологии.
– Топологии? – вмешался Себек. Дискутирующие посмотрели на него, Филипс вздохнула:
– Физическое или логическое расположение узлов распределенной системы.
Повернувшись к Россу, она продолжала:
– Но есть кое-что, что волнует меня еще сильнее, – она кинула взгляд на Майора и потянула Росса в сторону, чтобы поговорить с ним приватно. На таком расстоянии от агента Филипс шел легкий цветочный запах, на удивление женственный. Росс видел в ее глазах острый ум и проницательность. Он наслаждался ощущением близости, ему стало слегка теплее. Филипс же не замечала ничего вокруг:
– Огромное количество денег было переведено со счетов Соболя сразу после его смерти. В офшоры ушли десятки миллионов долларов через автоматические клиринговые платежи. А еще он набрал большие кредиты за несколько месяцев до смерти. Эти деньги тоже ушли за границу в день его смерти. Федералы до сих пор пытаются их отследить. Представьте себе географически распределенное модульное приложение в сочетании с огромной отказоустойчивостью, возможно, с тысячью копий каждого компонента, что дает этой системе возможность восстанавливать себя даже в случае уничтожения определенной части своих частей…
Росс кивал в такт ее словам. Черт побери, интеллект этой женщины был острым, словно бритва. Он осознал, что его обычное сопротивление любым мыслям извне разваливается на куски. Филипс продолжала:
– А теперь дайте такой вот системе, широко распределенной сущности, которая никогда не умирает, десятки миллионов долларов и возможность приобретать товары и услуги. Она никому не отвечает, не боится наказания…
– Бог мой, это же целая корпорация.
– В точку!
Зазвонил телефон Себека. Он был даже рад вторжению, так как его роль в разговоре была, мягко говоря, незначительной.
– Прошу прощения, – Себек повернулся и пошел прочь, доставая телефон из кармана. Взглянув на жидкокристаллический экран, он увидел, что номер был незнакомым. – Себек слушает.
– Простите за вторжение, Сержант, – раздался знакомый скрежещущий голос. Себек шумно вздохнул и искоса взглянул на тело Соболя, спокойно лежащее в шести футах от него, после чего посмотрел на стоящих вокруг агентов ФБР и АНБ. Росс и агент Филипс все еще были заняты животрепещущей дискуссией, состоящей из непонятных технических терминов. Подойдя к гробу, он посмотрел вниз на труп:
– Слышь, Соболь, телефон-то платный там, в аду? – он стоял и ждал ответа. На том конце на несколько секунд воцарилась тишина, после чего голос раздался вновь, слабый и колеблющийся:
– Детектив Себек, уже слишком поздно , – раздался звук затрудненного дыхания и хрип. – Моего Демона уже не остановит ь.
Себек снова посмотрел на Филипс и Росса, но Соболь опять заговорил:
– Я прошу прощения, но я обязан вас уничтожить. Им нужна будет жертва, Сержант , – Соболь захрипел. – Это необходимо. Возможно, вы поймете это до того, как все закончится. Не знаю, прав ли я. Уже не знаю…
Себек опять посмотрел на измученные останки Соболя. Безумный глаз очень хорошо соответствовал сумасшедшему голосу. Голос Соболя настоятельно сипел:
– Перед тем, как вы умрете… вызовите Демона. Сделайте это за несколько месяцев до смерти. Скажите так, в точности: 'Я, Питер Себек, принимаю Демона' , – Соболь с трудом дышал. – В любом случае, вы должны умереть.
Звонок прервался. Себек несколько секунд бездумно смотрел на тело под собой, после чего громко сказал:
– Агент Филипс!
Филипс и Росс прекратили беседовать. Себек повернулся к ним:
– Мне только что позвонил Соболь.
Росс и Филипс обменялись взглядами. Себек безраздельно завладел их вниманием.
– Почему вы мне не сказали?
– Потому что я внимательно слушал .
– Что он сказал? – Филипс двинулась по направлению к Майору, который быстро подбежал, преодолев ступеньки одним прыжком. Все сгрудились вокруг Себека рядом с гробом.
– Он звучал реально вот так, – Себек указал на останки. – Он хрипел, и был едва ли наполовину вменяемым. Он мне твердил, что я умру. И что мне необходимо умереть.
– Что еще он сказал? Постарайтесь вспомнить, слово в слово.
Себек немного подумал:
– Еще он сказал, что я должен 'призвать' Демона. Что мне нужно его 'принять' по-настоящему. Он сказал, что мне нужно с ним поговорить за несколько месяцев до смерти. Но в любом случае, я умру.
Филипс помрачнела. Себек взвесил в уме сложившуюся ситуацию:
– Что думаете, опять игры разума?
Филипс повернулась к Майору:
– Проверьте, пришли ли результаты прослушки телефонных и компьютерных линий детектива Себека. Если нет, ускорьте их.
Майор кивнул, немедленно бросился бежать через центральный проход и выскочил через передние двери с громким хлопком. Себек проводил его взглядом и обернулся к Филипс:
– Как думаете, позвонит ли Соболь опять?
– Возможно. Скорее всего, он вами манипулирует.
– Он хочет, чтобы я что-то сделал.
– Не надо, – Филипс сверлила его взглядом. – Напротив, мы будем препятствовать тому, чтобы пресса разговаривала с вами, или членами вашей семьи.
– Зачем? – Росс вопросительно поднял брови. – Для того, чтобы он случайно не запустил очередное событие из репертуара Демона?
– Совершенно верно. Демон без сомнения отслеживает новости. Соответственно, мы советуем вам оставаться вне поля зрения заголовков.
– Вы что, изолируете меня?
– Ненадолго. По крайней мере до того момента, пока мы не сможем надежно отслеживать переговоры Соболя. В этом плане вы, Сержант, будете исключительно полезны.
По ступенькам вверх взбежали два агента в костюмах. Один из них что-то прошептал на ухо Филипс. На ее лице на мгновение отразилось потрясение, но она сразу же взяла себя в руки и кинула короткий взгляд на Себека и Росса:
– Господа, мне пора. Соболь опять что-то замышляет, - и она поспешила вниз по ступенькам вместе с агентами. Еще несколько мужчин, одетых в темные костюмы, поспешили к ней из дальних углов часовни.
– Вам проводник-то нужен еще? – позвал ее Росс. Она обернулась: