– Вы гордитесь своими успехами, Энджи, правда? Слава и богатство – это то, что обещал вам Демон? И все, что вам для этого нужно было сделать – продать свою душу. Если она, конечно, у вас когда-то была.
– Я сюда приехала не для того, чтобы меня оскорбляли, экс -детектив. Может быть, вместо оскорблений расскажете нам, что вы думаете о мистификации Демона? Поможете нам понять свою точку зрения.
– Продолжаешь их развлекать, Энджи? Правильно, не давай скучать, отвлекай их. В этом твое предназначение, правда? Теперь мне все ясно. Будь осторожна, я начинаю понимать Соболя. И может быть, даже лучше тебя. У меня здесь было очень много времени подумать. Зачем Соболь меня предупредил?
– Соболь вас предупредил? Как именно?
– На своих похоронах он сказал, что уничтожит меня. Именно такими словами. И он-таки это сделал. Он уничтожил все, что делало меня мной. Ему не имело смысла меня предупреждать, если у него не было на меня дальнейших планов.
– Теперь получается, что он ваш друг? Вас эта мысль успокаивает?
Себек посмотрел ей прямо в глаза:
– Иди ты в жопу.
Андерсон на мгновение сердито стиснула зубы, но буквально сразу приятная улыбка появилась на ее лице:
– Нас передают с задержкой по времени, детектив. Но пожалуйста, следите за своим языком, нас дети смотрят.
– Теперь я понимаю, что Соболь имел в виду.
– Что ж, у вас остается все меньше времени, чтобы распутать это дело, сержант. Если верховный суд отклонит вашу апелляцию, то вас ждет смертная казнь от летальной инъекции. Вас, наверное, впечатляет, насколько быстро сработало правосудие?
Себек спокойно обдумал сказанное:
– Это несколько необычно, не правда ли?
– Возможно, это из-за убийства нескольких полицейских?
– Зачем вы помогаете этой твари? Неужели же вы думаете, что он когда-нибудь вас отпустит? Вы правда думаете, что когда-нибудь снова сможете быть свободной?
Андерсон проигнорировала его вопрос:
– Вам назначено психиатрическое лечение. Как оно продвигается?
– Я закончил разговор с вами. Я пришел сюда, чтобы передать сообщение Демону.
– Тогда вам остается лишь надеяться, что он смотрит телевизор, детектив.
Себек посмотрел прямо в камеру:
– На похоронах Соболя он мне позвонил. Он сказал мне, что я должен принять Демона. Что за несколько месяцев до смерти я должен вызвать его. И хотя я буду казаться еще безумнее, чем прежде, вот мое сообщение: Я, Питер Себек, принимаю Демона. И я готов отвечать за последствия.
Он повернулся к тюремщикам и офицерам, стоящим позади Андерсон:
– Это сообщение должно попасть в эфир. Она попытается вырезать его из интервью. Если она это сделает – вы будете знать, что она боится, из чего следует, что она с Демоном в сговоре. Если же вы думаете, что я сумасшедший – тогда тем более выпустите сообщение в эфир. Тогда оно послужит еще одним доказательством против меня. Оно меня окончательно добьет.
Андерсон хмуро смотрела на него через пуленепробиваемую перегородку:
– Сержант, Демона не существует. Но я с радостью выпущу ваше сообщение в эфир.
Себек указал на нее пальцем:
– Мы с вами еще встретимся.
Андерсон почувствовала странное возбуждение. Себек был очень сексуален, когда сердился, и видит бог, яйца у него были стальные. Он был приговорен, но тем не менее не сдавался. Она сделала жест выключить камеры и поймала взгляд Себека.
– Я передам сообщение. Можете не сомневаться.
В конце концов, у нее была линия прямой связи…
… а Демон сказал, что Себек должен умереть.
Глава 33: Ответ
Зловещее сообщение Себека: во время пятничного прямого эфира с Энджи Андерсон из государственной тюрьмы Ломпок Питер Себек, бывший детектив полицейского управления графства Вентура, признанный виновным в прошлогодней фальсификации Демона, адресовал странное сообщение недавно усопшему Мэттью Соболю:
«…вот мое сообщение: Я, Питер Себек, принимаю Демона». Юрисконсультанты сомневаются в том, что запоздалая невменяемость сможет что-либо изменить в грядущем рассмотрении апелляции в верховном суде.
В темной кладовой ничем не примечательной экспортной компании в индустриальной зоне Гуанчжоу китайского города Дунгуань стоял сервер устаревшей модели, заклиненный между штабелями картриджей для принтеров и контрафактного программного обеспечения. Давно забытый сетевой кабель CAT-5 выходил из задней стенки корпуса компьютера, извивался между вздымающимися коробками с подобными же коробками внутри, и оканчивался в гнезде высокоскоростного интернет-разъема слева от перегруженной электрической розетки. Обе точки были спрятаны за грудами брошюр с пропагандой Коммунистической Партии, распечатанных специально для ресторанов западной тематики. Сетевое гнездо соединялось с сетью компании, которая вела к корпоративному веб серверу, с которого был доступ во весь остальной мир.
Вентилятор компьютера жужжал. Сервер, используя каналы RSS [107] , каждую минуту сканировал содержимое четырехсот вебсайтов. Ровно в семнадцать минут после полуночи по Гринвичу машина прекратила сканирование.
Жесткий диск компьютера, взвизгнув, проснулся и начал лихорадочно щелкать, рассылая пакеты на сотни сетевых адресов, перед тем, как совершить самоубийство, стерев на себе самом информацию.
Произошло очередное событие, на которое среагировал Демон.
Часть Третья: Шесть Месяцев Спустя
Глава 34:Саккулина
– Что, вашу мать, происходит с этими цифрами, люди? – Расселл Ваноувен Младший оторвал взгляд от отчета по прибылям и убыткам в финансовой сводке и, нахмурившись, посмотрел на людей, сидящих за ореховым столом с наплывами, который простирался во всю длину обшитого панелями корпоративного зала для заседаний. Глаза двух дюжин членов совета директоров компании Leland таращились на него в ответ. Эти лица были хорошо ему знакомы еще и потому, что он тоже являлся членом совета директоров их компаний.
– У меня несколько подразделений идут с превышением бюджета, и только компьютерщики израсходовали столько, сколько запланировали. Что за ерунда творится? Почему меня не уведомили об этом?
Харрис Брикневч, финансовый директор, медленно покачал головой:
– Рас, позволь тебя перебить. Эти цифры ошибочные.
– Ошибочные? Как это ошибочные?
– Ошибочные – ну, как неправильные. Слушай… – он запустил по столу вскользь открытую папку, другие директора передали ее Ваноувену. – Это та информация, которая содержится в системах без доступа к интернету.
– Что за ересь, Харрис? Это эксел таблицы? Вы мне даете распечатку из эксела? А зачем я потратил пятьдесят миллионов на корпоративную систему бухучета, если можем обойтись таблицами?
– Данные в системе неправильные. Расходы зачисляются на другие подразделения.
– Да бог с ними, с подразделениями. У нас перерасход бюджета в шестьдесят миллионов в этом месяце. Не имеет значения, как ракушки передвигать, общее количество не изменится.
– Это да, но все равно отчетность показывает другие подразделения, чем есть на самом деле…
– Значит, ваши люди делают ошибки при вводе…
– Не в ошибках дело, Рас. У нас перерасход в шестьдесят миллионов долларов не из-за неправильного ввода. Я попросил своих людей фиксировать эти проблемы, потому что…
– Почему я в первый раз об этом слышу только сейчас?
Брикневч помедлил, собрался и продолжил:
– Ты об этом не слышал, потому что Линдхерст сказал мне, что они с этим разберутся. Это в его компетенции, а не в моей. Системой бухучета управляют технари.
Милтон Хьюитт, исполнительный вице-президент брокерского подразделения, наклонился вперед: