— Нам треба игумена, — рыкнул Порось, склоняясь над Трифоном. – И не вздумай врать! – Демон высунул раздвоенный язык, нежно провёл им по праведной щёчке.
Настоятель в чёрном подряснике и с неизменным крестом на груди вступил на освещённое пространство:
— Вы кто такие?! – зычно поинтересовался он, разглядывая спины гостей.
Демоны развернулись к праведному негодованию фасом. Подмигнули лучисто.
— Вот он, игумен Феофил! – крикнул Трифон, льстиво поглядывая на потусторонние затылки и наставив указательный палец на начальника.
С монахами биться скучно, нет азарта, драйва. Их защита и нападение – это лишь унылые заклятия, от которых дьявольские доктора уж давно изобрели антибиотики.
— Что за маскарад? – строго выспрашивал Феофил, внимательно разглядывая мерзкие рожи. – Я знаю, зачем вы переоделись в чертей, но не знаю… в точности, чего хотите. Если решили нас ограбить, то в обители ничего нет! Расстрига Сергий украл все наши сбережения: сорок тысяч рублей, а также золотой крест, принадлежавший ещё святому Алексию.
— С этого места поподробнее! – оживились демоны. – Кто такой расстрига Сергий?
— Мой бывший инок, — не стал скрывать игумен. – Невольный сообщник одного святотатца-послушника…
Тотчас же послышался топот двух десятков ног. И в освещённый треугольник ввалилась толпа черноризцев, вооружённых кольями, топорами, досками. Монахи замерли невдалеке от настоятели. Таким образом, Феофил оказался между братией и демонами, поглядывая то на тех, то на этих, в процессе развития событий.
— Чё за восстание монахов, ёпт? – удивились гости.
Иноки с любопытством разглядывали пришельцев в течение шести секунд.
— Бееесыыыы! – крикнул брат Антоний, стоявший во главе толпы и размахивающий топором с диким блеском в глазах.
— Свят-свят-свят!.. – забормотали иноки, крестясь.
— Сгиньте, нечистые! – возопил Антоний.
Мир наполнен дураками. Ими легче управлять. Но иногда дурость играет во вред. Феофил развернулся к подданным полностью фасом, успокаивающе воздел руки:
— Братия! Бесы не ходят по земле и у них совершенно другой вид!
Монахи затихли. Они безропотно внимали, сложив смиренные ручки. Великая сила слова церковного начальства, устами коего глаголет Бог! Согласно христианскому катехизису.
— Бесы с рогами и копытами! — пел Феофил. — Покрыты шерстью!.. Бесы не умеют управлять современной техникой, – он показал на «КамАЗ».
Еретик Антоний недовольно морщился при словах духовного наставника. В конце концов, не выдержал и возгласил:
— Но, игумен Феофил! Они настоящие бесы, из настоящего ада!
— Молчи, брат Антоний! – грозно предостерег настоятель.
Будешь спорить с игуменом – будешь чистить туалеты, да, вот так вот это звучит, — незатейливо и грубо.
— Молчу, — проворчал прозорливый инок.
Игумен выдержал многозначительную паузу и продолжил увещевать.
— Итак, братия, мы видим бандитов, желающих ограбить нашу бедную обитель… Их необычный вид – это обычные маски и грим. Классический приём, чтоб опосля бандитов нельзя было опознать…
Демоны вдумчиво прослушали речь. Наконец, Порось насмешливо крикнул:
— Феофил, не вешай братии лапшу! Ты ведь ни черта не сечёшь в бесовской породе!
— Лучше скажи, где нам найти расстригу! – по-деловому предложил Хрыщ.
Иноки выжидающе воззрились на игумена. Святой перец посчитал за лучшее развернуться к гостям фасом, и спросить:
— Если я дам вам адрес Сергия, то оставите нас?
С позиции силы может говорить лишь тот, у кого сила.
— Ты ещё будешь торговаться, сукин сын!? – изумился Поня. Он достал из-за пояса, под спецовкой, пистолет. – Ну-ка, колись быстро!
Просто фанатизм лишает страха. Религиозный фанатизм отупляет. Феофил истово вскричал, назидательно тыкая указательным пальцем в демонов:
— Ага, видите, братия!? У них пистолет! А оружие бесов – это острые зубы и когти на лапах!..
Пороська без затей выстрелил, пуля чётко срезала указующий перст. Палец шлёпнулся на землю, а из культяшки фонтанчиком брызнула кровь.
— Ах! – дружно грянули иноки. Затем синхронно сделали по шагу вперёд, усиленно упёрлись глазами в палец, лежащий под ногами игумена.
Феофил даже не пикнул. Молвил твёрдо:
— Господь не оставит меня! А бандитов накажет!
Настоятель зажал рану пальцами другой руки, кровоточило серьёзно. Демоны с ухмылками переглянулись. Хрыщ сказал миролюбиво:
— Мы оценили твоё мужество, Феофил. Однако кончай кобениться и гнать порожняк! Твои представления о нечистой силе устарели на двести лет.