Его и без того маленькие глаза сузились еще больше. На нем был грязный синий свитер поверх белой рубашки. Кончики его воротника были свернуты, как крылья мертвой бабочки. Тяжелый живот нависал над парой линялых синих брюк. Его бледное лицо по форме напоминало дыню. Он тяжело дышал, от него пахло какой-то местной влагой.
Я нетерпеливо посмотрел на него. 'Что ж?'
«Я… я надеюсь, что для фермеров скоро пойдет дождь». Он достал из кармана яркую тряпку и вытер верхнюю губу. 'Иисус! Это так эступидо, сеньор. Просто посмотри наружу.
— Вы должны сказать мне, — хрипло сказал я, — впустите меня.
'Что ты хочешь?'
Я оттолкнул его и вошел в его кабинет. — Какого черта мне нужно… Доктора?
' Ааа ...!' Казалось, он впервые увидел мое плечо. Он закатил глаза и натянул ткань на лицо. " Федералисты ?"
'Нет.'
'Кто тогда?'
'Не имеет значения. Просто залатай меня и больше не волнуйся. Тебе за это хорошо платят.
— Естественно. Я вообще об этом не думал. Он закрыл дверь и жестом пригласил меня сесть на стул напротив. Его внезапная улыбка показалась очень натянутой. 'Пожалуйста."
В комнате было холодно и сумрачно. Занавес, свисавший с потолка до пола, делил комнату на две части. Теперь его отодвинули в сторону. Перед ней стояли несколько шатких стульев и кушетка. С другой стороны стоял небольшой письменный стол из красного дерева, обычный набор аптечек, полки с инструментами, стул, на котором я сидел, регулируемая лампа и открытый стерилизатор, в котором было выварено несколько игл. Запертая дверь вела в остальную часть квартиры. Пахло пылью и пахло несвежим пивом.
Доктор Мендоса сунул тряпку в карман и развязал платок на моем плече. Он осмотрел рану спереди и сзади. «Кости не пострадали, кровеносные сосуды не повреждены», — сказал он. «Просто миленькая дырочка во плоти. Я бы сказал, малого калибра».
«Иначе это не выглядело так».
"Ну, это никогда не бывает одинаково, не так ли?" Он открыл шкаф и достал бутылку дезинфицирующего средства.
— Это все, что у меня есть. К сожалению, у меня закончился пенициллин. Но если тот носовой платок не был грязным, этого должно хватить. Вы не можете заразиться от самой пули».
— Я знаю, — прорычал я. Я вцепился руками в перила. Черт, он не разбавил дезинфицирующее средство! Он не убивал микробы; нет, он выжёг их тлеющими углями. Я стиснул зубы, чтобы не закричать. Он посыпал рану дерматолом и перевязал мне все плечо стерильной марлей.
«Теперь отдохни, иначе рана снова откроется». Выражение его глаз подсказало мне, что я могу отдыхать в любой точке мира, но только не в его кабинете.
— Я не могу, — сказал я.
"Убедитесь, что это не кровоточит снова."
Он нахмурился и на мгновение задумался. Он порылся в другом шкафчике и вытащил эластичный бинт. Там он так туго обмотал меня, что я начал серьезно сомневаться в кровообращении в руке. Он закрепил корпус металлической клипсой. Он сделал шаг назад и выжидающе посмотрел на меня.
— Мне нужны деньги и одежда, — сказал я. — Тогда я уйду.
-- Да, но это не ...
— Какой ты агент, Мендоса? Я резко прервал его. С меня хватит этого льстивого наемника, доктор он или нет. — Ты же не думаешь, что я уйду вот так, не так ли?
'Сеньор, Я полностью к вашим услугам. Но я беден. Моя одежда вам не подойдет, сами видите. А деньги… — Он глубоко вздохнул и снова достал свою яркую тряпку. 'Но подождите. Мой брат Мигель может тебе помочь. Он примерно такого же роста, как вы, сеньор , и недавно продал землю. Значит, у него есть деньги. Почему я не подумал о нем раньше?
'Хорошо. Позови Мигеля и пусть он придет сюда.
— К сожалению, у нас нет телефона. Мендоса подошел к своему столу. Достал карточку из верхнего ящика и что-то нацарапал на ней. Он дал мне её. «Отдай это Мигелю, и все будет хорошо».
На обороте он написал адрес.
— Где улица Ноэво ?
— Следующая улица направо, сеньор . Это третий дом справа, первый этаж. Есть ли еще что-нибудь...?'
Я встал и вытянул ноги во влажных штанинах. — Мне придется смириться с этим.
— Может быть, стакан текилы?
«В моем состоянии? Я бы больше не смог пройти через дверь».
«У меня есть немного Кафиона ».
Кафион старомодный стимулятор; Сейчас есть лучшие лекарства. Так что у Мендосы все еще были некоторые из этих вещей. Он был доктором. Ему было все равно, что он мне дает. Я кивнул. Я просто должен был взять то, что я мог получить здесь.