Пальчинский также указывал на отсутствие залежей угля в окрестностях проектируемого города Магнитогорска, вследствие чего с самого начала работы комплекса топливо для доменных печей придется завозить железнодорожным транспортом. Ведь регион, замечал он, отнюдь не изобилует водными путями, которые, как известно, обеспечивают гораздо более дешевую транспортировку таких тяжелых грузов, как железная руда и уголь. В других странах — например, в Соединенных штатах, подчеркивал он, сталелитейные заводы расположены не в местах богатых залежей железной руды — таких, как хребет Месаби в штате Миннесота или хребет Маркетт в штате Мичиган, но в сотнях миль от последних — в Детройте, Гэри, Кливленде и Питтсбурге, городах с большими трудовыми ресурсами, причем первые три из них связаны с залежами руды водными путями, а последний расположен поблизости от богатейшего месторождения угля. Издержки строительства Магнитогорска и его сталелитейного комплекса могут оказаться столь велики, заключал он, что, возможно, было бы благоразумнее развернуть производство стали в местах, хотя и не столь богатых железной рудой, зато обладающих лучшими трудовыми и транспортными ресурсами.
Вместе с тем Пальчинский с энтузиазмом относился к самой идее создания крупного сталелитейного комплекса и не исключал возможности, что, несмотря на его сомнения, Магнитогорск все-таки является подходящим для этого местом. Но он настаивал на том, что решение о строительстве такого комплекса не должно приниматься до завершения всесторонних рекогносцировочных исследований, которые, по его мнению, могли быть выполнены в сравнительно короткие сроки. Выбор места для промышленного предприятия, считал он, должен основываться на множестве факторов, ни один из которых — к примеру, местонахождение сырья — не следует абсолютизировать, игнорируя все прочие. Он призывал к составлению гравиметрических карт, проведению магнитометрических измерений и экономических расчетов, а также к разработке и использованию новых способов транспортировки грузов. И, как и прежде, напоминал властям о том, что наиболее важным из всех факторов является человеческое благополучие. Проект создания такого гигантского сталелитейного комплекса, как Магнитогорский, должен предусматривать обеспечение рабочих достойным жильем и удобствами современной городской жизни.
Опасения Пальчинского по поводу местоположения центра сталелитейной индустрии остались без внимания. Советское правительство объявило, что новый сталелитейный комплекс будет оснащен самым современным оборудованием и превзойдет все западные аналоги как по масштабам, так и по качеству производства. Последним словом в мировой сталелитейной индустрии в то время был завод в городе Гэри, штат Индиана, и прокатные станы Магнитогорска должны были стать больше и лучше. Чтобы достичь этой цели, руководство СССР пригласило группу американских инженеров, частью из Гэри, для оказания помощи в проектировании магнитогорских прокатных станов. Их не спрашивали, является ли Магнитогорск подходящим местом для проектируемых станов, а просили лишь дать консультации по поводу строительства последних. Размещенные неподалеку от проектируемого завода в специальном поселке под названием «Американка», они роскошествовали по сравнению со своими советскими коллегами, живя в особняках со всевозможными удобствами и даже теннисными кортами в придачу.
Власти СССР заявляли, что вскоре подобные привилегии будут иметь и простые труженики Магнитостроя; они обещали, что проектируемый «город-сад» Магнитогорск обеспечит лучшие во всем мире жилищные условия для рабочих. Для проектирования нового города был приглашен немецкий архитектор и градостроитель Эрнст Май, только что завершивший свою новаторскую работу во Франкфурте [10]. Май был очень решительным сторонником защиты рабочих от пагубного воздействия промышленного загрязнения путем устройства зеленых зон, отделяющих жилые районы от производственных. Но до того, как его планы могли быть воплощены, рабочих поселили в палатках и бараках.