Увидев Книгу в руках законного хозяина, Нунда и Вандар заморгали, удивленно оглянулись, обозревая учиненный ими беспорядок, после чего резко встряхнулись, возвращаясь из дикого небытия, снова становясь ручными и добрыми Робином и Баюном. Погибших, к счастью, не оказалось, люди были лишь немного помяты, покусаны и поцарапаны. Мадам Помфри моментально залечила раны и переломы…
Перемирие
Мадам Помфри, конечно, всех подлатала, привела в порядок, причем так, что и следов не осталось, но Гарри был напуган. Перед его глазами всё ещё стоял Вижн, разодранный и окровавленный, с рукой, висящей безжизненной плетью…
И Звериная Книга теперь представала перед ним совсем в другом свете. Гарри чувствовал себя преданным, оплеванным и оболганным, было дикое ощущение, словно после просмотра кинофильма «Куджо». Ведь нет страшнее зрелища, более чудовищного предательства, чем добродушный безобидный увалень-сенбернар, который вдруг превратился в кровожадного монстра и стал всех убивать… Раненый Вижн ярче яркого объяснил мальчику, что Книга опасна. А осознав эту опасность, Гарри принял нелегкое решение — загнал в Книгу всех Зверей, закрыл её и спрятал в сундук, решив больше не открывать жуткий артефакт, до Рождества осталось совсем немного, надо будет отвезти Книгу домой и положить в сейф. Навсегда.
Перестал сопровождать Северуса по ночам лев Баюн, осиротела Миссис Норрис, рядом с ней больше не шагала серая зеленоглазая Робин, стихло стрекотание Плио-Зари…
И на завтраке теперь снова не было молока. Недоуменно смотрели на потолок дети, ища чудесных Тельцов, но потолки были пусты — не слышалось больше их мычание. Виноватые и вопрошающие взгляды устремились на Поттера, понуро сидящего на краю слизеринского стола: ему было явно плохо, потому что он самодистанцировался и сел на отшибе ото всех. И нетронутой стояла еда перед ним. Преподаватели, в свою очередь, сверлили-прожигали взглядами Минерву, сидя по обе стороны от неё. Она смущалась и давилась омлетом. А когда молчание стало слишком тягостным, начались дискуссии.
— И с чего она взяла, что артефакт темный? — досадливо запищал малютка Флитвик. — У неё есть необходимые знания, чтобы это утверждать? Она имеет научную степень в Темных искусствах? Она проводила какие-то научные изыскания? Сотрудничала с Отделом Тайн? Нет, она всего лишь профессор Трансфигурации, даже не Защиты от Темных искусств, так что идите, Минерва, и учите Темные искусства подробнее, а когда выучите, то милости просим на экзамен в Совет Попечителей, будем проверять квалификацию, достойны ли вы продолжать работать в сфере образования, ибо ваша безграмотность потрясает! Ну подумать только, счесть темномагическим абсолютно безобидный предмет!
Вижн сердито кивнул и вставил свое неудовольствие:
— Этот артефакт Гарри не демонстрировал публично. И книга никому не угрожала, пока её не трогал кто попало. Мне Северус поведал, что пацана вынудили показать книгу силком, так кто вам доктор? Книга — артефакт ничем не хуже, а главное, ничем не темнее, чем мантия-невидимка, про которую никто не беспокоился, когда ею пользовался мой однокурсник Джеймс Поттер, а с мантией он, знаете ли, тоже кое-какие делишки проворачивал! Причем темные!
— Ну что вы такое говорите, Гринвуд! — поперхнулась МакГонагалл, а тот как не слышал, продолжал гнуть свою линию:
— Конфисковать книгу? Ну-ну… Люциусу Малфою сказать надо, пусть потопчется на репутации одной из профессоров Хогвартса, которая не знает, что такое фамильные артефакты, в принципе неотъемлемые у своего владельца!
— Я спрашиваю, какие-такие темные делишки проворачивал Джеймс Поттер? — повысила голос Минерва.
— Оборотня из-под ивы в полнолуние выволакивал!!! — во всю глотку заорал Вижн.
В зале и так-то тишина стояла, а теперь она и вовсе зазвенела напряжением — вопрос Минервы на повышенных тонах и вопль Вижна услышали все… Гарри нервно заерзал: не очень-то приятно сознавать, как подвиги твоего папаши предаются широкой огласке. МакГонагалл принялась жевать щеки, а в её защиту вдруг выступил Квиррелл:
— А я считаю, что МакГонагалл права в основном. Книга опасна, а Гарри ребёнок и не может предусмотреть последствия, поэтому по-хорошему книгу действительно стоило забрать, зверей в неё загнать, саму книгу отдать родственникам под клятву или положить в банк и вернуть после совершеннолетия. Потому что это равно тому, как если бы одиннадцатилетний школьник привёз с собой в школу-интернат пистолет. Тот тоже никому не угрожает, пока его не трогают, и не является темным артефактом — в том смысле, что он не подчиняет ментально, не сосет жизненные силы и всё остальное. Оставят ли пистолет школьнику? Разрешат ли его хранить в общей спальне и им пользоваться, постреливая на заднем дворе? Нет! Тем более, что какая-то крякозябра уже школьников сожрала… практически, считайте, школьники украли пистолет и принялись из него палить, и лишь по счастливой случайности никто не пострадал смертельно. Вы не представляете, как это страшно, когда тебя ест огромная кошка размером с амурского тигра… Возьмите, к примеру, на руки маленькую домашнюю кошку, погладьте, почешите ей брюшко, чтобы она от удовольствия вытянула лапки с выпущенными коготками и заурчала, обнажив длинные острые зубки… А теперь давайте всё это увеличим мысленно в сто раз! Легкий укус, который вы ощущаете как остренькое щекотное покалывание, теперь пробивает вашу руку насквозь и способен раздавить череп. Игривый шлепок полурасслабленной лапой, от которого прежде лишь оставались едва заметные царапины на коже, теперь дробит ваши кости в фарш и запросто отправляет вас на тот свет. Что, жутко? Вот и мне было страшно! Ведь сила больших кошек воистину чудовищна: крупную козу бенгальский тигр одним рывком способен протащить сквозь частую решетку, между прутьями которой с трудом пролезает ваш кулак! И вот сквозь эту решетку тигр без усилий протаскивает крупное копытное и на своей стороне, внутри клетки, сжирает практически перемолотый фарш, сплющенную отбивную! Вот вам для сравнения!!!