— Настоящий снимок нашей планеты, — произнесла учительница, выбрав нужный слайд, и Кругляков увидел знакомую ему Землю.
Потом она показала другой слайд, где Земля была плоской и стояла на трех гигантских слонах.
— А звезды? — Тёмка стоял, разинув рот.
— Какие звёзды? — практикантка вдруг прыснула смехом.
— Звёзды — это искусственная голограмма, — крикнул Антонкинс со своей парты. — Их ночью включают.
Весь класс покатывался со смеху, а Тимофей стоял, не понимая, над чем они смеются.
Но прогремел звонок, и наступившая суета, состоящая из скрипа парт, шуршания рюкзаков, разговоров, то есть привычных звуков перемены, не сразу вывела Тимофея из ступора. Он стоял, раскрыв рот, пока подошедший к нему Егор не дёрнул его за руку:
— Пойдём уже, тормоз, следующее занятие военная подготовка.
— Что? Какая военная подготовка…, я не хочу в армию, не хочу на войну, я еще маленький, только в шестой класс перешёл, — возмущался Тимофей.
— Отказаться от занятий невозможно, тебя накажут! — судя по выражению лица, Егору было не до шуток.
— Ладно, военная подготовка так военная подготовка, — вздохнул Тимофей. — Вы, я смотрю, тут серьёзно в войнушку играете. У вас что, лагерь или кружки дополнительные?
— Я тебе потом объясню, не сейчас и без свидетелей, — тихо произнёс Егор и приложил палец к губам.
— Окей.
— Пошли, — Егор потянул Тимофея за рукав, и мальчики вышли из опустевшего класса в школьное фойе
Окинув глазами помещение фойе, Тимофей обнаружил, что со стены исчез внушительных размеров плакат «Здравствуй, лето!», который появился в мае незадолго до окончания школьных контрольных. Отсутствие плаката словно отменяло святую-святых любого школьника — летние каникулы. Со стен также исчезли привычные стенгазеты и фотографии отличников. Но главное, школьники стали какими-то другими, серьезными, — они не баловались и не шумели, как обычно.
«Может их так военная униформа изменила?» — думал Тёмка. Он понимал, что всё могло произойти из-за их с братом элементарной невнимательности. Мама постоянно говорила сыновьям, что они рассеяны и всегда отвлекаются. «Мы просто пропустили информацию о летнем лагере мимо ушей. Наверняка было объявление, и пацаны говорили, а я как обычно витал в облаках. Почему тогда Колька ничего не сказал, — забыл, тоже не услышал? Где он, где папа? Может, сбежать отсюда? Тем более валидаторов нет, дедушка-охранник тоже куда-то пропал. Бежать домой, определенно бежать!».
— Кабинет военной подготовки, — Егор легонько толкнул задумавшегося Тимофея в класс.
— Какой подготовки?
— Заходи уже!
Тимофей вошёл в помещение с высокими потолками, где стояло семь парт. Вдоль стен выстроились… игровые гоночные аппараты с креслами напротив большого экрана и рычагами управления. Обычно такие аттракционы раскрашены яркими наклейками со словами «гонки», «призы» и всё в этом роде, но на автоматах в классе не было надписей, и они стояли уныло вдоль стен, словно скучные станки по производству непонятно чего.
— Егор, это игровые аппараты? — спросил изумленный Тимофей.
— Боевые роботы-симуляторы.
— Как это, «роботы- симуляторы»? Они на игровые аттракционы больше похожи.
— В смысле обычные боевые роботы, ну, не совсем роботы, а тренажёры по их управлению, — разъяснил Егор.
Тёмка вспомнил гигантского робота в парке, у которого тоже была кабина, в которой по идее должен сидеть водитель.
— Выходит, этот аттракцион просто тренировка, как управлять роботом, который в парке стоит, правильно?
— Верно.
— Круто! — воскликнул Тимофей. Он обрадовался, что совсем скоро научится управлять настоящими боевыми роботами. Ещё он был потрясен, что роботы существуют в реальной жизни, а не только в наборах Lego. Непонятно только, почему взрослые это долгое время скрывали.
— А давно вы уже… тренируетесь?
— Я лично год, — ответил Егор.
— Тебе что, круто в своей жалкой одёжке? — прервал разговор подошедший к Егору с Тимофеем высокий парень, который отвечал на прошлом уроке о плоской Земле. Его камуфлированная куртка была расстегнута, словно мальчик хвастался поддетой под неё женской рубашкой с перламутровыми пуговицами.
— Почему не в форме, курсант?
— Он новенький, ему еще форму не выдали, Антонкинс! — заступился за Тимофея Егор.
— Меня никто не предупреждал, у меня нет формы, — начал Тимофей, немного повышая тон.
— Откуда ты вообще взялся? — квадратное лицо старосты искривилось, а в голосе появились злобные нотки.