Наконец они оказались в широкой долине у ворот дворца невероятной красоты. Он выглядел необычайно легким и воздушным за счет огромных окон и изящных мостов, каскадами перетекающих друг в друга и соединяющих отдельные башни. Катерина невольно залюбовалась – никогда в жизни ей не приходилось видеть такой необычной архитектуры.
Рядом с ними тут и там открывались порталы, выпускавшие других участниц отбора и сопровождающих их эльфов. Катерина несколько успокоилась, когда поняла, что остальные девушки с таким же любопытством и восхищением разглядывают дворец и друг друга.
Участницы вместе с сопровождающими продвигались в сторону ворот замка, однако, те были закрыты. Постепенно у входа столпилось более сотни эльфов, среди которых были не только претендентки и высокородные родственники, но и их многочисленная прислуга.
Толпа была взволнована – видимо, что-то шло не по плану. Жеинитель тоже начала нервно постукивать пальцами и озираться по сторонам.
– Почему мы вынуждены здесь стоять, как прислуга, и дожидаться милости?! – возмутились где-то рядом неприятным высоким голосом.
Катерина оглянулась и увидела миловидную эльфийку. И если бы не этот голос, то ею вполне можно было залюбоваться.
– Люминель, детка, – успокаивающе заворковала стояшая рядом темноволосая дама, – не забывай наши уроки. Ты наследница, возможно, будущая королева. Так веди себя достойно!
Эльфийка еще немного повозмущалась, но звук ее громкого голоса больше не тревожил окружающих. По толпе тут и там разносились вопросы и недовольные возгласы, сливающиеся в однообразный ровный гул. Уставшая от перемещения Катерина чувствовала себя сонной и разбитой.
Наконец, ворота дворца открылись и навстречу толпе ожидающих вышел утонченный и аристократичный эльф. Его светлые одежды были идеально отглажены, накрахмаленные рукава рубашки слепили белизной, в мыски сапог можно было смотреться, как в зеркало. Золотистые локоны, уложенные в сложную прическу, сверкали на солнце. Катерина даже не удивилась бы, если бы узнала, что задержка произошла из-за того, что этот эльф завершал укладку и начищал до блеска сапоги.
– Прекрасные леди! Я рад приветствовать вас и лиц, вас сопровождающих, на королевском отборе! Меня зовут мэтр Хармонель, и я являюсь распорядителем королевского отбора! Через несколько минут вы сможете пройти во дворец, дабы расположиться в отведенных покоях. К сожалению, нам пришлось усилить меры безопасности, так как вчера на принца Элсаелона было совершено покушение.
По толпе разнеслись удивленные и встревоженные возгласы, а сердце Катерины забилось, словно маленькая птичка в клетке. Покушение на Елисея?! Даже в родном доме он не был в безопасности.
– Поэтому сейчас я приглашаю вас подойти ко мне, – спокойно продолжал Хармонель, словно и не говорил только что о покушении на принца, – я сверю имена прибывших с поданными мне списками, а затем слуги покажут вам покои, которые станут вашим домом на время отбора. В связи с повышенными мерами безопасности, передвигаться по территории дворца можно только согласно специальному расписанию и по именному пропуску. Нарушение режима грозит исключением претендентки из числа участниц отбора.
По толпе разнеслась новая волна возгласов. На этот раз возмущенных и разочарованных. Однако Хармонель был невозмутим и, словно не замечая недовольства толпы, достал список гостей и начал зачитывать имена участниц отбора идеально поставленным голосом.
Имя Аль-Насон Кайтиллен прозвучало одним из первых, и шагнувшая вперед Катерина почувствовала на себе множество настороженных и любопытных взглядов, ведь все знали, что юных девиц в этом роду нет. Однако, Жеинитель с невозмутимым видом устремилась к распорядителю, увлекая за собой растерявшуюся правнучку.
Мэтр Хармонель лишь скользнул по ним равнодушным взглядом, сделал пометку в списке и продолжил называть имена. А Катерина и Жеинитель отправились за служанкой внутрь дворца в поисках покоев, в которых им предстояло жить в ближайшее время.
Катерина с восторгом рассматривала дворцовые переходы. Все окна, которые она видела, были открытыми и без намека на остекление. Дворец был сделан из камня, но работа была настолько искусной, что казалось, что он сплетен из тончайшей паутины.
Вверх по мосту, направо в переход, вниз через сад, снова наверх по винтовой лестнице. Казалось, что если она отстанет от провожатого, то затеряется в этих переходах навсегда. Поэтому когда перед ними открыли двери и пригласили внутрь и Катерина, и Жеинитель были рады наконец просто присесть и вытянуть гудящие ноги.