Что касается выполнения своих индивидуалистических взглядов на земле, то здесь Тэкер является весьма разумным и осторожным дипломатом. Он думает, что для торжества всякого идеала необходимо известное количество приверженцев. Пусть только возмутится, проникнется идеями дух человеческий, и тогда в прах рассыплются связывающие человека оковы. Но для того, чтобы набрать себе адептов, для того, чтобы возмутить дух — необходима проповедь. Пусть гремит на собраниях речь, пусть разносится по всему свету печатное слово. Проповедуйте и вербуйте, и тогда наступит торжество индивидуализма.
Но если мирным путем ничего не достигнешь, тогда можно прибегнуть к устрашению и убийству. Только необходимо пожалеть народные силы. Безумно из человека делать пушечное мясо. «Время вооруженных восстаний прошло; их слишком легко подавляют»... Лучше, если устрашения будут «производиться посредством динамита единичными личностями».
Но самым могучим средством борьбы с современным порядком вещей Тэкер считает «пассивное сопротивление». Захлопывайте двери перед сборщиками податей, не исполняйте никаких повинностей, как то рекомендовало известное нам Выборгское воззвание, — и победа на стороне угнетенных. «Власть живет грабежом — пишет Тэкер — и погибает, когда ее жертвы не дают себя грабить. Власть нельзя убить ни проповедью, ни голосованием, ни выстрелами, но ее можно уморить голодом». Всяким голодом: безденежьем и отсутствием войска.
И Тэкер, верный своему слову, становится во главе анархических журналов и газет. И по настоящее время он редактирует в Нью-Йорке газету «Liberty». На страницах этой газеты в сжатых, но сильных статьях, с тонкостью лучшего аналитика он разбирает все стороны жизни, всюду громя лихоимство, в виде-ли монополии денег, наемного труда или аренды, и рисует свой идеал, зовя и клича в свои ряды борцов за попранные права человеческие, за личность.
Его отдельные статьи в „Liberty“ были собраны и составили громадный труд, озаглавленный весьма оригинально: «Вместо книги. Написано человеком слишком занятым, чтобы писать книгу. Отрывочное изложение философического анархизма». Два отрывка из этой книги мы и предлагаем читателю в настоящем сборнике.
Гора Везувий
1906 г.
Бенджамин Рикетсон Такер
Что такое социализм.
(Liberty, 17 мая 1884 года).
«Вам нравится слово социализм»? спросила меня одна дама; «я его не долюбливаю; когда я слышу его, мне как-то становится не по себе. С ним ассоциируется так много дурного? Стоит-ли беречь такой термин»?
Дама, задавшая мне этот вопрос, сама убежденная анархистка, непоколебимый друг свободы; вряд-ли нужно прибавлять, что она человек в высокой степени интеллигентный. Слова ее выражают чувство многих. Но именно чувство, которое вряд-ли выдержало-бы критику разума. «Да», ответил я, «это чудесное слово, которым часто злоупотребляют, смысл которого насильственно искажается и истолковывается самым нелепым образом; но ведь оно лучше, чем какое хотите другое слово, выражает цель экономического и политического прогресса, цель революции нашего века, являясь утверждением той великой истины, что свобода и равенство, по закону солидарности, создают благосостояние каждого отдельного лица в интересах всеобщего благоденствия. Без такого слова нельзя обойтись, им нельзя пожертвовать, нельзя допустить, чтобы его украли другие».
Но как спасти его? Есть одно только средство: извлечь его из хаоса, затемняющего его смысл, так, чтобы все его видели отчетливо и ясно, и знали, что собственно оно обозначает. Некоторые писатели включают в понятие социализма все попытки улучшения социальных условий. Кажется, Прудон сказал нечто подобное. Во всяком случае, это слишком расплывчатое определение. С этимологической точки зрения оно дозволительно; но, если считаться с происхождением этого слова, ему следует придавать более технический и определенный смысл.
В настоящее время (простите за парадокс!) общество коренным образом анти-социально, анти-общественно. Весь так называемый общественный механизм покоится на привилегии и власти; его расшатывают и растягивают во все стороны неравенства, с необходимостью вытекающие из сущности строя. Благосостояние каждого, вместо того, чтобы содействовать общему благополучию, что было-бы и со временем будет в порядке вещей, почти всегда противоречит ему. Обставленное юридическими привилегиями, богатство делается крючком для опоражнивания карманов труженика. Каждый, кто богатеет, тем самым превращает своего соседа в бедняка. Чем зажиточнее один, тем беднее все прочие. По выражению Рескина «каждое зернышко высчитанного приращения казны богача уравновешивается математическим эквивалентом оскудения бедняка». Дефицит рабочего в точности равняется прибыли капиталиста.