– Поздравляю! – не удержался я. Шмулик хмыкнул. – Надеюсь, не в последний!
– Спасибо, брат, – сказал он и еще больше ослабил узел серого галстука с рассыпанными по нему поблескивающими зелеными ромбами. – Слушай дальше. Так прошло несколько месяцев. А потом у них был праздник – что-то вроде посвящения мальчиков в мужчины.
– Бар-мицва, – вставил я.
– Что-то вроде. Помнишь, мы играли в футбол с командой Раананы на их поле? А на обратном пути на улице Керен Айасод обнаружили скульптуру золотого тельца, и ты, как сейчас помню, предложил ее разбить? Как они вообще додумались выставить такое?
– Говорят, ее уже нет там, но я не проверял.
– Так вот, Эл приволок откуда-то точь-в-точь такого же тельца и установил на берегу озера. Оказалось, что они поклоняются этому идолу.
– Я уже догадался, откуда твое богатство!
– Тебя, как всегда, подводит спешка. Я понимаю ход твоих мыслей… Но то, с какой легкостью тщедушный Эл тащил тельца, не оставляло никакой надежды, но… идеи носятся в воздухе! В этот момент у меня созрел план, и я поделился им с Рафаэлем: ведь, не зная птичьего языка, я не мог обойтись без своего нового друга. Отбросив ложную скромность, скажу, что проделанное мною можно считать моим вкладом в науку. По сути, я поставил научный эксперимент, увенчавшийся полным успехом.
– А, так ты схлопотал Нобелевку?
– Я не размениваюсь на мелочи. Эти простолюдины конфисковали все мое имущество, за ненадобностью оставив мне лишь карманный томик Торы.
– И именно он является источником твоего богатства?
– Представь себе, да!
– Я всегда преклонялся перед твоим искусством делать деньги из ничего!
– Не богохульствуй! По-твоему Тора это ничто? Лучше послушай. Для осуществления нашего плана нам нужна была гроза, и вот мы дождались ее. Племя пережидало непогоду в ближайшем лесу. Я видел, как простолюдины вздрагивали при каждом раскате грома и что-то пищали, поглядывая на небо. Они просили пощады у своего идола… После грозы Рафаэль попросил Эла собрать племя на берегу озера и позволить мне выступить перед ним. И обязательно принести с собой тельца. После некоторых колебаний Эл уступил просьбе родственника.
Когда-то я занимался в драмкружке. Мои успехи были незначительны, но кое-чему я научился. Например, созданию драматического эффекта. Я умело держал паузу, и никто из присутствующих не смел шелохнуться. Мои слова грохотали, словно только что затихший гром. Я иерихонской трубой оглашал окрестности. Некоторые падали на колени, но я повелительным жестом поднимал их и возвращал в строй. А сказал я им, что получил веление свыше и что мы (мы!) должны стать великим и многочисленным народом, светочем и примером для других. Но для этого мы должны встать на путь истинный и соблюдать законы, предписанные Творцом, и нет Бога кроме Бога… Я шпарил заповеди наизусть. Кое-где переврал случайно, кое-что просто пропустил по забывчивости, но некоторые заповеди, особенно касающиеся построения Ковчега Завета и его содержания, исказил вполне сознательно. Ведь в птичьем языке не имелось слова «золото», и надо было подробно объяснить, какой материал требуется для Ковчега… И вот наступил решающий момент. На кон было поставлено все, и дело даже не в том, примет ли племя нового Бога, а что сделает со мной старый, если этот номер не пройдет…
– И сломаем мерзкого идола, и примем завет Бога нашего!
Надо было видеть, с какой радостью простолюдины крушили своего тельца, но больше всех меня удивил Эл своей мудростью – увидев энтузиазм своих подданных, он, как истинный вождь, возглавил процесс свержения ложного божества. «Благословен Господь, Бог наш, Владыка мира…» – пищал он громче всех. Это мне Рафаэль перевел…
– Шавуот да и только, дарование Торы, – сказал я, пока Шмулик допивал колу. – Шмуэль-рабейну.
У Шмулика зазвонил мобильник.
– Yes, – сказал он по-английски, а затем еще три раза с некоторым интервалом повторил: – Yes, yes, yes!
Отключив телефон, он тяжело вздохнул и сказал:
– Прости, меня ждут.
– Но ты же не досказал! – взмолился я.
Шмулик выразительно посмотрел на часы.
– Да я почти закончил. Уж не знаю, где они все это прятали, но притащили не менее сотни килограмм золота. Мы с Рафаэлем снарядили целую экспедицию и под покровом ночи доставили груз в Консепсьон. Там мы отпустили носильщиков, надеюсь, они с Божьей помощью благополучно вернулись в племя, а нам предстояло заказать Ковчег Завета.
– Так правы те, кто считает, что Ковчег Завета следует искать в Израиле?!