Сывэнь в больнице, куда его повезли со всеми травмами в ту ночь, случайно кое-что узнал о девушке. И мама Сыюнь, и семья Сывэня очень беспокоились за состояние детей. Все разом выдохнули, когда оказалось, что самое страшное у Сывэня позади, а Сыюнь выкарабкается.
Чтобы разобраться с вопросами о компенсации ущерба, семьи обменялись контактами. Следующие полгода Сывэнь и Сыюнь виделись несколько раз, но не общались друг с другом. Все разговоры вели взрослые, а дети просто присутствовали на переговорах. Скоро со страховками все удалось утрясти, и они больше вообще не встречались.
– Я вспомнил о Сыюнь, когда ты сказал, что в твоем сне Сяоюнь сидела на пассажирском сиденье. Сыюнь в день аварии была на том же месте. Но я не уверен на все сто, та ли эта самая девушка, которую ты видел, – пояснил Сывэнь.
Дослушав рассказ, Лифань поблагодарил друга, и они попрощались. Лифань пробил в соцсети имя «Хэ Сыюнь». И действительно сразу отыскал аккаунт, который вроде бы принадлежал той девушке.
В соцсети она себя называла не только «Хэ Сыюнь». К ее имени был еще приписан псевдоним на японский манер: «Мадока».
Внешне девушка была очень похожа на Сяоюнь, но она одновременно совсем не походила на человека, которого искал Лифань.
На аватарку эта Хэ Сыюнь поставила профессиональную фотографию из студии, где все – ретушь, реквизит, макияж – выполнено на высшем уровне. Это была очаровательная, необычайно миловидная девушка. Поверх блестящих черных волос она надела ободок с кошачьими ушками. Красавица смотрела прямо в камеру, слегка надув губки и соблазнительно прищурив глаза.
Под фоткой поставили лайки более трехсот человек.
Девушка не была студенткой факультета мультипликации. Но обожала косплеить аниме-персонажей. Ее альбомы ломились от фотопортретов, каждый из которых сопровождался шлейфом лайков и комментариев от фанатов девушки.
Эта Хэ Сыюнь была прямой противоположностью Сяоюнь, которую Лифань знал по сновидениям. Однако внешнее сходство отрицать было невозможно.
Лифань окончательно запутался.
Глава 20
С того дня они все реже встречали друг друга в снах.
Как-то раз Лифань увидел Сяоюнь, но только он собрался окликнуть ее, как проснулся.
В другой раз Сяоюнь оказалась снова в школе «Нэйху», но не отыскала там Лифаня.
Несостоявшихся встреч было немало, и Сяоюнь уже начинала подумывать, что надо бы обо всем этом позабыть.
Мало того что Лифань не явился в назначенное место наяву. Теперь девушке открылось более важное обстоятельство: тот Лифань, который существовал в реальности, вообще не знал о ней. Сяоюнь могла рассказать самые различные вещи о Лифане: в какую среднюю школу он ходил, с кем дружил, имя его любимого спортсмена и еще много всего. А вот этот Лифань о ней ничего не знал. Возможно, никому она не снилась и все это лишь плод ее воображения?
Но при этом Лифань из снов и Чэнь Лифань в соцсети были похожи как две капли воды и их связывали примерно одинаковые жизненные обстоятельства и хобби. Сяоюнь напряженно пыталась уложить все противоречия в собственной голове. Но ничего не складывалось.
Каким образом ей во сне стали известны эти детали? Может быть, она когда-то виделась с Лифанем, просто забыла об этом?
Ведь в момент аварии она сильно ударилась головой о лобовое стекло. Нельзя исключать, что от удара у нее вышибло какую-то информацию из памяти.
Продолжать ломать голову не имело смысла. Сяоюнь постаралась взбодриться. Она стала уговаривать себя: ты долго его искала, и вот, наконец, нашла, так узнай побольше о нем, настоящем Лифане! Мало кому удается найти на свете людей, с которыми встретился во сне. Надо докопаться до сути.
Сяоюнь убрала давно лежавший без дела скетчбук в ящик и решилась попробовать как-то примириться с существованием настоящего Лифаня.
– Ты уверена? – уточнила Мань Фэнь, выслушав просьбу Сяоюнь.
Соседке, кажется, была не по душе новая задумка. Мань Фэнь отрезала кусочек бананового кекса и положила на тарелку Сяоюнь.
– Спасибо. – Сяоюнь с благодарностью приняла очередное угощение от отца подруги. Тарелку она поставила к себе на колени и, сложив молитвенно руки, снова попросила: – Ну пожалуйста! Я уверена.
Видно было, что Мань Фэнь все это тревожило. С недовольным выражением лица она отрезала и себе кусочек кекса.
– Я поглядела его аккаунт. Мне не кажется, что он хороший человек.
– Как? С чего ты это взяла?
– Сложно объяснить. – Мань Фэнь отхватила вилкой кусок кекса и сразу проглотила его. Следующие вопросы она будто бы задавала сама себе: – Не слишком ли сладкий кекс? Мне кажется, или папе давно пора нанять людей себе в помощь?