Троесчастие
А счастье – синяя птица:
легко в поднебесье взвиться
и с той высоты отныне
плевать на дела земные.
А наглость – второе счастье,
когда, рассупонив пасти
и в друге узрев врага,
мы рвем кусок пирога.
А третье счастье – привычка:
в семейном быту жиличка.
* * *
Всё кажется, вперед не сделать шагу,
Где новое сюжетное звено?
К чему марать невинную бумагу,
Когда все понаписано давно:
Про кровь, любовь, про ежика в тумане,
Про лунный ливень и межзвездный свет...
...Но юный день улыбкой новой манит,
Прозрачно намекая на сюжет.
МАРИЯ АМФИЛОХИЕВА
ОТРАЖЕНЬЕ
Отраженье в зеркале или в луже…
Ведь второе, в общем-то, и не хуже
Отраженья в озере или в речке,
В слепке воска, что после гадальной свечки
Остаётся возле приборов пары,
Отразивших ночь и в ночи кошмары,
Отразившие твой стихотворный лепет
Отраженьем крыльев. Те крылья стрепет
Раскрывает, земное презрев притяженье.
Воля к небу – небесных ли воль отраженье?
Отраженье путника есть дорога,
Человек, говорят, отраженье Бога,
Но тогда тебе тезис в пути послужит:
Бог – дорога. Дорога, конечно, в лужах.
В луже – небо, а рядом – твоё лицо.
Мысль вернулась, замкнула полёт в кольцо.
Не давайте мыслям границ огранки.
Пред тобою – зеркало. Лицо твоё – в рамке.
ПРИГОРОДНАЯ ЭЛЕКТРИЧКА
Электричке обидно немного,
Дальний поезд ей вовсе не друг.
Так же вдаль убегает дорога,
И ритмичен колес перестук,
Те же рельсы, бетонные шпалы,
Пассажиры… Да только беда:
Ей не светят в пути от вокзала,
Как большие мечты, города.
Не доехать до теплого моря,
Не достигнуть ей горных высот…
И кричит электричка от горя,
Выходя на крутой поворот.
ПТЕНЧИК
Птенчик пищит
и на кромке гнезда
корячится,
в бездну воздушную
тело ронять
боится.
Труден всегда
переход наш
в новое качество:
Сами попробуйте –
вдруг –
становиться птицей!
ТОГДА И ТЕПЕРЬ
Я тогда не видала, должно быть, аза в глаза,
Но за ветром простреленным гнаться могла три дня
И совсем не боялась кричать на юру «банзай!»,
На последнюю дырку стянув оберег ремня.
И в объятьях нередко качала своих врагов,
Принимая наивно акул за людей – и вот,
Как браслеты носила с бравадой следы зубов,
Залепив немотою солёной орущий рот.
А теперь на приколе гниёт мой Кон-Тики-плот
И, должно быть, навеки закопан топор войны,
А в Эдемском саду всяк на вкус мне известен плод,
И на каждом стоит уточненье его цены.
Только что-то в сердечной сумке лишь хлад и мрак
Остаются от прошлых дорог, городов и сёл,
Только что-то мне с полки верхней не взять никак
Ту старинную книгу, где сказано всё про всё…
РЕКВИЕМ МОЦАРТА
Утрат отрава тягостна тоскою,
Печаль черна – терпи и дух суровь.
Но мощью океанского прибоя
Омоет нас великая любовь.
Неясное, но сильное движенье –
В сердцах молящих горе замерло.
Всевластно расплескалось песнопенье –
Распахнуто Архангела крыло.
Расплещет отпущеньем все печали
Вослед за новым всплеском – не весла ль? –
Отчаявшихся чаянья качали,
Укор скорбей одолевала даль.
И в той дали настойчиво, прозрачно,
Свободой обойдя тоски измор,
Качаются неведомые мачты,
И корабли уводит в небо хор.