Я запаниковал. Что со мной? Я сплю? У меня галлюцинации? Я ущипнул себя – боль была абсолютно настоящей. Я взглянул на рубашку. На ней еще можно было различить красные брызги сока. Не было никакого логического объяснения происходящему. Я привык к тому, что близкие люди норовят поделиться со мной своими переживаниями, даже если я не проявляю особого желания выслушивать их, но сейчас это переходит все границы. У меня слегка закружилась голова. Может, от жары? Или от переживаний? Я опустился на скамейку, чтобы перевести дух. Но не прошло и пары минут, как ко мне подошла девушка. Пока я раздумывал не встать ли мне и ретироваться, она обратилась ко мне: «Извините, вы не знаете, как пройти на улицу Жана Жореса? Мне нужно посольство Шри Ланки». Она выглядела нормальной, впрочем, не совсем: кому может понадобиться посольство Шри Ланки? Я взглянул на нее. У девушки было красивое и ухоженное лицо с правильными чертами. Я расслабился и сказал: «Знаю. Идите дальше по Дизенгоф и поверните налево после...» Она прервала меня: «Знаете что, это пустяки… Я должна вам кое-что объяснить, очень важное, потому что…» Ее рот продолжал шевелиться, но звук исчез. Признаюсь, я порядком разозлился. «Да что вам всем от меня надо? Вам и вашим друзьям? – закричал я. – Это идиотская попытка меня разыграть или еще что-то?» Ее лицо осталось совершенно серьезным и никак не наводило на мысль, что где-то рядом припрятана скрытая камера. Она наклонилась ко мне и принялась отчаянно трясти за плечи. Ее лицо исказилось, но она все еще не могла говорить. Я оттолкнул ее и пустился наутек. Я чувствовал себя слишком взбешенным, чтобы отправиться на работу, тем более, я уже существенно опаздывал.
Хотя я отношу себя к честным людям, свободным от предрассудков, но в данных обстоятельствах решил, что мне не повредит незапланированный выходной. Я стал придумывать безобидную ложь, способную оправдать мое неожиданное отсутствие на работе. Я затруднялся в выборе между серьезными болями в спине и несварением желудка и в итоге остановился на последнем. Это не было абсолютной ложью: я испытывал легкую боль в ступнях от бега в неприспособленной для этого обуви. Ноги или живот – какая собственно разница? В конце концов, и то и другое является частью моего тела, и я лишь немного преувеличил в описании проблемы, не так ли? Мои рассуждения нарушил задумчивый женский голос: «Я просто ненавижу себя! Мой замечательный друг любит меня и делает все, чтобы угодить мне, а я дважды изменила ему с парнем, которого почти не знаю, готовящим соки в духане рядом с моим домом. Я не понимаю, почему каждый раз, когда я смотрюсь в зеркало, я вижу чудовище. Я ненавижу себя, когда вспоминаю, что он берется за самые грязные работы, чтобы побаловать меня небольшими подарками. Я отвратительна себе…»
На этот раз я даже не обернулся. Я постарался как можно быстрее отдалиться от нее и побежал в сторону дома, чтобы принять хороший душ и прилечь отдохнуть. У меня заняло полчаса добраться до нашего домофона. Молодой человек раскладывал рекламу по почтовым ящикам. Избегая встретиться с ним взглядом, я рылся в сумке в поисках связки ключей. Нервы были на пределе, и мои руки немного тряслись. Я решил проверить в Интернете, не Паркинсон ли это. На мое счастье парень не произнес ни звука, пока я занимался поисками ключей. Когда я наконец извлек их из сумки, они выскользнули из рук и упали на землю, задев его сандалию. Я поднял их и промямлил извинения.
Парень выглядел очень серьезным, словно я совершил тяжкий проступок, который невозможно простить. «Бросьте, – сказал он, – это не имеет значения. Куда важнее, чтобы вы знали, что…» На его лице и в движениях проявилось страшное разочарование, но ни звука не было слышно. Что со мной? Я попал в параллельный мир? Чего хотят от меня все эти сумасшедшие? Я должен был избавиться от него и побыстрее. «Сожалею, но у меня нет времени, – пробормотал я. – мне надо идти». Парень попробовал преградить мне дорогу, чтобы овладеть моим вниманием, но я довольно бесцеремонно отодвинул его от домофона. «Оставьте меня!» – рявкнул я, поворачивая ключ в замке. Я легонько надавил на дверь, проскочил внутрь и тут же захлопнул ее, чтобы он не мог войти, если ему вздумается увязаться за мной. Я взлетел по лестнице на первый этаж, затем, сбавив темп, поднялся на второй и уж совсем обычным шагом – на третий. Я вошел в свою маленькую квартирку и рухнул на пол. С экрана телевизора вещал голос: «У меня проблемы, и я не знаю, как мне быть. Два года назад я пристрастился к алкоголю и не могу ничего с этим поделать. Моя подруга полагает, что у меня нет денег, и я из-за этого истязаю себя на нескольких подработках. А на самом деле я наполняю бутылку-другую из-под минералки чем-нибудь крепким и иду на пляж, где обычно меня уже поджидает приятель, и напиваюсь. Я опасаюсь, что моя подруга догадается и бросит меня. Если это случится…»