Венецию я узнала совсем недавно, а Клаудию? Мы выросли бок о бок, и иногда она кажется мне и сестрой, и ребенком.
— Они в музее со своим учителем. Останься, Сиси. Останься и увидишь их. Ты действительно не должна уезжать, — продолжает умолять меня Лина, и боль в ее глазах только усиливает мою собственную.
— Я не могу, Лина, — шепчу я, все мое существо восстает против этой ситуации, в которой я оказалась. О, как бы я хотела иметь и то, и другое, и семью, и любовь.
Но у человека не может быть всего, чего он желает, думаю, это уже должно быть ясно.
— После выкидыша.., — я прервалась, сделав глубокий вдох и желая объяснить ей так, чтобы она поняла: — Я была в очень темном месте. Настолько темном, что я не думала, что когда-нибудь из него выберусь. Влад был единственным человеком, который помог мне почувствовать себя лучше, как прежде. Он единственный, кто помогает мне сохранять рассудок, когда боль грозит выплеснуться наружу.
Лина поджимает губы, печаль проступает на ее лице, когда она слушает мои слова. Я знаю, что это несправедливо по отношению к ней, ведь я никому не рассказывала о своих проблемах. И именно потому, что я держала все в себе, я потеряла себя из-за боли.
— Я не знаю, имеет ли это смысл, является ли это чем-то меньшим, чем-то безумным, но... — Я поднимаю взгляд на нее, чтобы она увидела искренность моих слов: — Он - моя жизнь.
В этот момент дверь слегка приоткрывается, и входит Влад. У него разбита губа, и я предполагаю, что Марчелло не удовлетворился тем, что проделал дыру в его груди, ему пришлось еще и ударить его.
Сумка выпадает у меня из рук, и я спешу к нему, проводя пальцами по уже покрытой синяками коже.
— Ты даже не защищался, не так ли? — мягко спрашиваю. Я уже ожидала, что он не будет сопротивляться и примет все, что Марчелло выплеснет на него. В глубине души, я думаю, какая-то часть его души считает, что он заслужил это, потому что предал своего друга.
Потому что Влад именно такой человек. Честный. Он может быть убийцей, но он принципиален, и я уважаю его систему чести, какой бы искаженной она ни была.
— Зачем мне драться, если я знаю, что выиграю, — он слегка пожимает плечами, ловя мою руку.
— Я... — Лина что-то бормочет, и я понимаю, что она все еще в комнате. — Я пойду, — говорит она, ее глаза перебегают с Влада на меня, прежде чем поспешно выйти из комнаты.
— Мне жаль, — бормочет он, когда я переключаю свое внимание на багаж. — Я не думал, что он будет таким непреклонным, — глубоко вздыхает он.
— По крайней мере, он не убил тебя, — отмечаю я с полуулыбкой.
— По крайней мере, это уже хорошо, — усмехается Влад, расхаживая по комнате и помогая мне собирать вещи.
Открыв ящик, он замирает, выражение его лица напряжено. Я поворачиваюсь к нему, мои черты лица искажаются от боли, когда я вижу, как он поднимает маленькую ультразвуковую фотографию.
— Дьяволица, — простонал он, раскрывая свои объятия, чтобы я могла в них попасть. — Черт, мне так жаль. Марчелло был прав. Я должен был быть здесь. Я должен был быть рядом с тобой, — говорит он мне в волосы, прижимая меня к своей груди.
Я весь день старалась быть сильной, но почему-то вид этой единственной фотографии заставляет меня сломаться, рыдания сотрясают мое тело, когда я наконец даю волю слезам.
— Шшш, — воркует он, беря меня на руки и укладывая на кровать. — Когда тебе больно, больно и мне, — шепчет он, медленно поглаживая мою спину.
Глава 30
Марчелло
Лина бросает на меня обеспокоенный взгляд, поспешно выходя из кабинета вслед за Сиси. Оставшись наедине с бичом моего существования, я закрываю глаза, глубоко дыша.
Прежде чем я успеваю помочь себе, мой кулак соприкасается с его челюстью. Я уже замечаю, как его глаза следят за каждым моим движением, и как он просто позволяет моим костяшкам пробить его плоть, не прилагая ни малейших усилий, чтобы защититься.
Влад моргает. Медленно. Затем на его лице появляется извращенная ухмылка, когда он вытирает кровь со рта и подносит ее к губам.
— Неплохо, — пожимает он плечами, — но ничто по сравнению с твоей сестрой, — говорит Влад, и мне требуется все, чтобы не наброситься на него снова.
Он пытается приманить меня.
Несколько вдохов спустя я беру себя в руки. Я не могу поддаться на его игры разума, тем более что я знаю, что Влад никогда не делает ничего без цели, и последнее, чего я хочу, это пригласить опасность в свой собственный дом.