- Ма... Инга, я тоже хочу поменять имя, - соврал я. - Посмотрел на тебя и понял - это работает. Как ты это сделала?
Она с интересом посмотрела на меня.
- Сделать можно, только это денег стоит.
- Пусть стоит. Я зашел в тупик. Живу, как, как... как насекомое. А хочется побыть человеком. Если это как-то связано с именем - я готов!
- Ну, я прямо не знаю... Думаешь, тебе поможет?..
Думаю, что ты - та еще ехидна. Но держусь.
- Надеюсь, что поможет.
Она еще немножко покочевряжилась. Почему бы и нет? Женщина, которая в почти сорок выглядит на двадцать с небольшим, прекрасно одетая, выложившая на столик айфон последней модели, имеет моральное право покочевряжиться.
Наконец она заговорила по-человечески.
- Знаешь, есть такая наука - ономастика.
- Впервые слышу.
- Это наука об именах. Не только о человеческих. Все на свете имеет имя. Река, город, село... Ну вот, ономастика, и есть специалисты по правильному подбору имени. Так я стала Ингой - это прямое попадание. Имя - как на меня шили. Мне его подобрал мастер, и сразу жизнь стала налаживаться. Тот самый, который потом отдал мое старое имя Элеоноре.
-И кому-то еще помогло?
- Да, помогло. И очень даже. К мастеру привели человека. Прежнее имя было - Сергей. Пил без просыпу. Чего с ним только не делали - все без толку. Мастер подумал, составил гороскоп и назвал его Юрием. И как отрезало! Он теперь у нас работает, а на спиртное даже смотреть не может.
- Здорово! А еще случаи?
- Был такой Савелий. О чем только родители думали, когда его так назвали? Маленький толстенький Савелий. Его из петли вынули - несчастная любовь. Теперь он у нас Аркадий. Похудел, на пять сантиметров вытянулся, и все у него в порядке.
- А я могу попасть к этому мастеру?
- Я с ним поговорю. Вообще сразу предупреждаю - мы, кто с новыми именами, за каждого приведенного клиента имеем свой процент.
- Это правильно. В самом деле, очень удачное имя - Инга. Ин-н-н-н-га...
Я это имя пропел. Всего две ноты, но явно не те. Моя бывшая поморщилась.
Семенов в это время плавал пальцем по океанам и, кажется, был доволен.
Мы с Ингой еще поговорили, вспомнили общих знакомых, и расстались не то чтобы друзьями, даже не то чтобы приятелями, а вроде как просто знакомыми, которые не имеют друг к другу никаких претензий. И я пошел вылавливать Семенова из океанов.
Редкая удача!
Да, это он. Самоучка несчастный!
Надо придумать, как его парализовать, пока он еще кого-нибудь не подключил.
Он, к счастью, еще не понял, как это происходит.
Рожки - сами по себе, а мозги - сами по себе...
Главное - чтобы нам не перекрыли подключение. ТАМ - могут.
А что - ТАМ? Как ОНО действует? ОНО что - оглохло? Отчего позволило подключиться совершенно постороннему человеку?
Тихо, тихо.
Скоро это кончится.
Он все-таки стал Тамерланом!
Бывает же такая чушь - вдруг привяжется простейшая мелодия, десять звуков, и хоть головой об стенку бейся - никак от тебя не отцепится. Ну вот сколько гениальности в этой песенке про капитана: "Капитан, капитан, улыбнитесь"? Да никакой гениальности в этой фразе нет. Она там и не нужна.
Сперва у меня улыбался Сулейман. Потом Христофор. Тамерлан-то откуда взялся? Как он в мою голову попал?
Не было там никакого Тамерлана!
Я вообще не любитель всей этой древней истории. Я даже смутно представляю себе, в каком веке была Куликовская битва. Для меня история начинается где-то в шестнадцатом веке, с лютни Франческо да Милано. И то - эта лютня плавает в безвоздушном пространстве, вне своего обычного мира, плавает и звучит.
Я сам не понимаю, как вышло, что я беззвучно запел про Тамерлана.
Наверно, простенькая мелодия, десять нот, имела что-то вроде античной вазы в голове у Семенова. Такой вазы, что ставили в античных театрах для акустики. Она прозвучала - а в Семенове родилось эхо. Какое-то время Тамерлан конфликтовал с Христофором и победил. Христофор покинул поле боя. Это случилось, пока я разговаривал с Маринкой-Ингой.
В общем, Семенов от меня сбежал.
Если бы он был Христофором - он бы берег старый атлас мира, как зеницу ока. Это же - та карта, что необходима Колумбу. А он запустил атласом в троллейбус, лихо свистнул в четыре пальца и умчался вприпрыжку, как ворона. При этом он отчего-то прихрамывал. А я смотрел на него в полном обалдении.
Я даже представить не мог, куда его понесет нелегкая. И, честно говоря, был на него порядком зол - ну, как можно быть настолько внушаемым?!?
Решив, что угонять лошадей и плавсредства он сегодня больше не будет, я пошел в "Корзинку" - затовариться на неделю.