Среди "книг вообще" есть четко выделенная подгруппа - учебники школьные и вузовские, они составляют 17% от "книг вообще" и отличаются отношением к ним. Среди "книг вообще" позитивных демов (07) в 3,7 раза больше, чем негативных (08), а среди учебников (школьных и вузовских) позитивных демов (09) (10) и негативных (11) (12) поровну. Это естественно - даже понимая необходимость учебы, респонденты недовольны необходимостью работы.
Рис. 7, 8, 9, 10, 11, 12
Кроме суммарного количества, фантастику и не-фантастику можно сравнить по популярности отдельных авторов. Такое сравнение показано на рисунке, слева - не-фантастика, справа - фантастика, числа - количества демотиваторов. Показаны авторы, которым посвящено 5 и более демов, то есть занимающие более 1% всей художественной литературы. Или, можно сказать, более 2% свой части, то есть не-фантастики или фантастики. Говорить об оценках или отношении, как для "книг вообще" трудно - оно очень редко (не чаще 5% случаев) выраженно негативное или позитивное, как для не-фантастики (13) (14), так и для фантастики (15) (16). На рисунке хорошо видны традиционная кумиромания и стремление к простоте, тоска по "нашему", и одновременно, "всему" - в левой части рисунка, и роль кино - в правой части.
Рис. 13, 14, 15, 16
К демотиваторам можно подойти и с точки зрения содержания. Если разделить их на три группы - опирающиеся на цитату из произведения, опирающиеся на персонаж, и использующие некую идею, картина окажется такова. Для фантастики соотношение цитата - персонаж - идея будет 17%-72%-11%, примеры, соответственно (17) (18) (19), а для не фантастики, соответственно, 54%-34%-12%, примеры, соответственно, (20) (21) (22).
Рис. 17, 18, 19, 20, 21, 22
Деление демотиваторов на опирающиеся на цитату, персонаж и идею, не вполне четко, но видно, что популярность фантастики не увеличивается (как иногда предполагают) от наличия в ней идей. Фантастика выигрывает за счет персонажей, то есть в произведениях фантастики читателя "цепляет" персонаж. Персонажи классики менее близки читателю; персонажи фантастики по возрасту и, главное, по эпохе и ментальности, ближе читателю, чем персонажи классики.
Какие идеи и у каких авторов используются? Если говорить только о ситуациях, когда отсылка встречается не менее двух раз, то в фантастике это Брэдбери (наступить на бабочку), Линдгрен (жить на крыше, обещать вернуться) и Стругацкие (пикник на обочине, счастье для всех), не в фантастике - это Шекспир (мир - театр) и Пушкин (зеркальце, скажи). Общая же относительно малая доля использования идей может быть связана с тем, что для усвоения и использования идеи, имеющейся в произведении, все-таки требуется прочтение. А для использования цитаты или картинки с популярным персонажем может хватить поверхностного знакомства, или вообще другого источника, например, разговора на форуме.
Относительная популярность тех или иных цитат, персонажей и идей может быть определена по заимствованию соответствующих демотиваторов с сайта на сайт, и по оценкам (если вообще на сайте есть такой механизм). Кроме того, может быть проверена распространенность цитаты или изображения в Интернете вообще, а не только в демотиваторах. Но в данной работе эти методы не использовались.
Автор благодарен Дине Ашкинази за полезные замечания.
Элизабета ЛЕВИН
АВРААМ ИБН ЭЗРА - ПОСЛЕДНИЙ ВЕЛИКИЙ ПОЭТ ЗОЛОТОГО ВЕКА ИСПАНИИ
Век иной - иные птицы
Генрих Гейне
https://www.youtube.com/c/ElizabethaLevin
По следам доклада автора на семинаре по истории иудаизма, Дом Учёных Хайфы
Рабби Авраам Ибн Эзра (~1090 - 1164) по праву считается одним из самых разносторонне одарённых представителей средневековья. В сегодняшнем Израиле интерес к его творчеству неуклонно растёт. В 2010 году вышло академическое издание стихов Ибн Эзры, в предисловии к которому составитель и редактор Исраэль Левин - один из крупнейших исследователей Золотого века еврейской поэзии Испании - привёл уточнённую биографию поэта. По мнению Левина, личность Ибн Эзры заслуживает особого внимания, так как именно он стал последним великим поэтом Золотого века Испании, писавшим на иврите и создавшим грамматику современного языка.
Многомерность таланта Ибн Эзры воистину поразительна. Парадоксально, но именно этот факт на протяжении многих столетий служил препятствием для адекватного восприятия его творчества. Почему это произошло, и почему создаётся впечатление, что чем дальше мы отдаляемся от эпохи Ибн Эзры, тем ближе и доступнее становятся нам его язык и идеи? Данная статья пытается ответить на эти непростые вопросы, но для этого требуется сначала перечислить хотя бы часть тех многочисленных областей знания, в которых Ибн Эзра внёс свой вклад в мировую культуру.