Так продолжалось, пока в один прекрасный день Марушке случайно не довелось прочитать записи одного мудреца, по имени рабби Авишай, жившего в тринадцатом веке в Болгарии. Этот Авишай сообщал о необычайном счастье, выпавшем на его долю, держать в руках и читать редчайший манускрипт Авраама Ибн Эзры, озаглавленный «Силы лет нашей жизни». По его словам, в этой книге Ибн Эзра сумел запечатлеть и осмыслить каждый день, каждый месяц и каждый год своей жизни. В итоге перед читателем открывалась не только и не столько летопись личной жизни автора, сколько универсальные ритмы человеческой жизни в целом. При этом не только каждая планета и каждое созвездие, но и их совмещенные ритмы становились понятными читателю, как универсальные алгоритмы периодизации нашей жизни.
Как только Марушке стало ясно, что дневники Ибн Эзры не велись для описания интересных мест его странствий и не для того, чтобы приукрасить его вклад в науку, экзегетику или поэзию, а для того, чтобы раскрыть природу небесных часов и ритмов, она загорелась желанием во чтобы то не стало разыскать эту считавшуюся утерянной книгу Судьбы.
Решить легко, но как вести поиск? Марушка этого не знала, да и я не мог ничем помочь ей в этом. Хотя нет. В чем-то все-таки я ей помогал, когда она захотела поехать в те районы Испании, где Ибн Эзра провел первую половину своей жизни. Я написал «захотела»? Нет, на сей раз Марушка не просто захотела, она буквально заболела страстным желанием побывать самой там, где когда-то проживал Ибн Эзра. Она даже записала, что мысленно пообещала ему, будто непременно поведает миру все, что узнает новое о нем:
Как всегда, перед поездкой Марушка засела за исторические летописи, скрупулезно сопоставляя каждый факт и дату с популярной в те годы хронологической моделью Часов Феникса. Согласно этой модели, мировая культура делится на 493-летние циклы, названные годом Феникса. В свою очередь, каждый большой цикл делится на восемь неравномерных фаз, повторяющихся во всех годах Феникса и напоминающих возрастные периоды в жизни человека, от рождения и младенчества до возмужания и смерти. Начало каждого такого цикла (час Феникса) знаменуется рождением великих поэтов и мыслителей, ответственных за создание новых парадигм. Например, начало того цикла, в котором родились мы с Марушкой, совпадало с рождением отцов квантовой физики (Де Бройль, Шредингер, Бор) и поэтов Серебряного века (Хлебников, Мандельштам, Гумилев, Пастернак, Ахматова, Цветаева). В древнем мире, в час Феникса, приходящийся на ~590 – 560 гг. до н. э., родились Пифагор, Анакреон и Конфуций. В Римской Империи, в час Феникса, приходящийся на 90 – 50 гг. до н. э., родились Вергилий, Гораций, Меценат и император Октавиан Август. Оказалось, что в средневековой Испании, в час Феникса, приходящийся на 890 – 920 годы, родились отцы грамматики древнееврейского языка и зачинатели Золотого века Испанской поэзии. В этой модели Авраам Ибн Эзра (~1090 – 1164) родился в третьей фазе года Феникса, – в «фазе возмужания». Рождение в таком историческом периоде позволило Ибн Эзре стать полиматом и предвестником эпохи Ренессанса. Впоследствии его цитировали такие знаменитые мыслители и деятели Возрождения, как Колумб, Пико де Мирандола, Джозеф Скалигер. При этом Марушка с грустью отмечала, что на Ибн Эзре в третьей фазе года Феникса оборвалась цепочка и он вошел в историю как последний великий представитель Золотого века древнееврейской поэзии Испании.
Знакомство со скупой информацией о предшественниках Ибн Эзры, которую Марушке удавалось буквально по крупицам выискивать в академической литературе, привело ее, как всегда, к желанию выразить прочитанное в своем личном стиле, напоминавшем нечто среднее между стихами и напевным речитативом. Так постепенно рождался ее, ставший ныне известным, «Испанский цикл», начинавшийся такими строками: