С тихим смехом отбрасываю помаду и неторопливо направляюсь к входной двери. Кто бы это ни был, лучше быть готовой к небольшому испугу. Я выглядываю через стекло входной двери и вижу, как водитель почтового фургона запрыгивает обратно в свой грузовик и уезжает.
Открывая дверь, бросаю взгляд вниз. В центре приветственного коврика лежит небольшая коробка. Беру ее в руки, читаю этикетку, и мое сердце замирает.
Посылка адресована мне.
Ни у кого нет этого адреса, кроме некоторых «рэйцев» и моего адвоката. И никто из «Рэйс» не стал бы посылать мне что-то по почте, если бы мог отдать это лично. Это точно не имеет никакого отношения к «Вне сети». Мой список подозреваемых сужается до одного.
— Ну... черт.
Я захлопываю дверь и задвигаю засов. Затем несу коробку, как бомбу, на кухню и ставлю, свирепо глядя на нее.
— Во что ты теперь играешь, а? — спрашиваю я у коробки.
Взяв нож, вонзаю его в стенки коробки, агрессивно разрезая скотч. Что бы ни ждало меня, ничего хорошего это не сулит. Со стуком роняя нож, отрываю коробку и сгибаю края.
Коробка полна конфетти — нет, измельченной бумаги. Он высыпал содержимое измельчителя бумаги в коробку и отправил мне по почте?
И тут до меня доходит.
— О боже мой!
Я беру горсть, рассматривая ее более внимательно. Да, это печатные страницы. Я могу разобрать только некоторые слова. Он уничтожил бумаги о разводе и отправил их мне по почте без подписи. Слезы застилают мне глаза, когда разжимаю пальцы, позволяя конфетти упасть обратно в коробку.
— Черт побери, — говорю я, и мой голос срывается.
Немного сдвигаю конфетти и вижу маленький конверт. Готовясь к худшему, достаю его и переворачиваю. Он не потрудился запечатать его. Вынимаю содержимое, разворачивая бумаги. Сердце замирает в груди. Это распечатанные скриншоты дерьмовых статей таблоидов с участием Джейка и меня. На верхней странице он нацарапал сообщение. Я узнаю его наклонный почерк:
Шлюхи не имеют права выдвигать требования
— Прелестно.
Мои пальцы дрожат, когда я аккуратно складываю бумаги и засовываю их обратно в конверт. Кладу все поверх измельченных документов о разводе и беру коробку, унося в свою комнату. Оставляю на комоде, а сама иду в ванную и беру свой телефон. Пролистав короткий список контактов, нажимаю на имя Чарли и набираю номер.
— Привет, дорогая, как дела? — раздается его веселый голос.
— Он не подписал документы, Чарли, — говорю я в знак приветствия.
— Я... ну, я еще не получил ответа от его адвоката, но у них есть время до конца дня…
— Он не подписал, — повторяю. — Я знаю, что он не подписал, потому что документы у меня прямо здесь, и они не подписаны.
— Они у тебя? Как…
— Он уничтожил их, не подписав, и отправил мне по почте, — объясняю я. — Чарли, как он узнал мой адрес? Ты единственный человек, у кого он есть.
— Ну, я бы никогда…
— Я не говорю, что ты дал ему его, — быстро добавляю я. — Спрашиваю тебя, как человека, который занимается делами по семейному праву, как он мог узнать мой адрес? Я в другом штате. У него нет моего номера телефона, я не отвечаю на его электронные письма. Откуда мой бывший муж мог знать, куда отправлять мне почту?
Чарли вздыхает в трубку.
— Мое лучшее предположение?
— Да, пожалуйста.
— У него есть кто-то, кто следит за тобой.
Мое сердце замирает.
— Мы знали, что из-за всей твоей бульварной драмы это может случиться, — продолжает Чарли. — Он, должно быть, заплатил кому-то, чтобы тебя выследили.
— Что мне делать? Что я могу сделать?
— Ищи любые признаки того, что за тобой следят, и, по возможности, документируй их, — объясняет он. — Любопытные машины на улице, люди, роющиеся в твоем мусоре, кто-то фотографирует тебя без твоего согласия. Документируй каждый раз, когда он вступает в контакт, и ничего не выбрасывай, слышишь? Сохрани эту коробку с измельченными бумагами. Сохрани все скриншоты, все электронные письма.
— Хорошо.
Слезы снова застилают глаза. Мне ненавистна мысль о том, что эта коробка отравляет мой воздух своей негативной энергией.
— Дорогая, как твой адвокат, я должен спросить: ты считаешь, что тебе угрожает опасность? Должны ли мы начать оформление запретительного судебного приказа36?
— Нет, — быстро говорю я. — Нет, не думаю, что мы дошли до этого. Позволь мне…
Я делаю глубокий вдох, пытаясь заставить свой мозг разобраться.
— Мы продвигаемся с разводом? Должен ли я потребовать судебного слушания…
— Подожди. Давай я сделаю еще один звонок и перезвоню тебе, хорошо? Я пока не готова отказаться от этого. Позволь мне попробовать еще кое-что.
— Хорошо, милая.
— Я перезвоню тебе, Чарли.
— Я буду здесь примерно до семи, а потом у меня ужин, но ты оставь мне голосовое сообщение, и я тебе перезвоню.
— Спасибо, Чарли.
Вешаю трубку, делая глубокий вдох. Как только снова чувствую себя собранной, направляюсь в спальню. Бросив взгляд на оскорбительную коробку, набираю на клавиатуре номер, который знаю наизусть. Затем нажимаю зеленую кнопку вызова. Поднеся телефон к уху, я жду.
На третьем звонке происходит соединение.
— Алло? — раздается голос моей свекрови. — Кто это?
Я не отвечаю.
— Алло?
Сделав глубокий вдох, я говорю.
— Беа, это я.
— О… Тесс? — ее тон меняется с властного на удивленный. — Дорогая, что случилось?
— Ты знаешь, что не так, — отвечаю я. — Мне нужно знать, что ты собираешься с этим делать.
Она вздыхает, и я почти представляю, как она снимает свои очки для чтения и кладет их на стол, потирая переносицу.
— Что случилось?
Время, чтобы нянчиться с ней, закончилось.
— Он измельчил бумаги на развод и прислал их мне в коробке с запиской, в которой назвал меня шлюхой, — отвечаю я.
— Тесс, все это так отвратительно. Это такое сложное дело...
— Тогда не усложняй. Заставь его подписать…
— Это он все усложняет или ты? — бросает она вызов. — Ты причинила ему боль своим последним рекламным трюком, ты причинила боль всем нам, Тесс. Я делаю все возможное, чтобы навести порядок в этом беспорядке, но то, что ты снова оказалась в центре внимания, никому не помогает…
— Это же таблоиды, — кричу я. — Это чушь собачья, Беа. Я не встречаюсь с Джейком Прайсом. Это мусорные репортажи…
— Это топливо для огня, — возражает Беа.
— А Трой хочет посмотреть, как я сгорю, да? — я бросаю вызов. — Ты собираешься ему помочь? Ты тоже этого хочешь?
— Он зол и расстроен, — отвечает она. — Вполне оправданно. Ты просишь его изменить всю свою жизнь, прекратить отношения, которые длились более десяти лет. Он не относится ко всему этому легкомысленно.
Я качаю головой, отметая ее попытки свести все к минимуму и отмахнуться.
— Возможно, если бы ты просто согласилась поговорить с ним...
— Нет, — мои ладони внезапно вспотели от одной только мысли о новой встрече. — Этого не будет. Беа, с меня хватит. Я дам ему еще один шанс сделать все без споров. На этот раз ты составишь бумаги и заставишь его подписать.