Не в его постели. Не сегодня.
Когда я возвращаюсь вниз, Беллами уже лежит на диване.
— Не могла уснуть, — говорит она.
Я уверена, что то, как Кросс упал сегодня вечером, ее тоже беспокоит.
— Я тоже.
Она берет пульт и включает телевизор.
— Хочешь посмотреть новый сезон «Королей Кройдон-Хиллз»? Он вышел вчера.
— Конечно, — сажусь и подгибаю ноги под себя. — Ты знаешь, что он основан на романах моей тети? Мы все шутим, что на самом деле это основано на ней и моем дяде, но она клянется, что это не так.
— Твой дядя такой же горячий, как тот парень в сериале?
— Фу. Не знаю.
Мы обе оборачиваемся, когда спустя несколько часов дверь открывается и входит Кросс в солнцезащитных очках, а за ним Арес, несущий обе сумки. Беллами бежит к брату, чтобы поухаживать за ним, а я застываю на месте.
— Я в порядке, Би. Просто выключи мне свет на несколько минут.
Он обходит ее, медленно и немного неуверенно, и делает два шага ко мне, прежде чем я упираюсь ему в грудь и обхватываю руками его талию.
— Ты меня напугал.
Он зарывается лицом в мои волосы и вдыхает.
— Прости. Не знал, что ты узнаешь об этом раньше, чем успею тебе рассказать.
— Я не слышала об этом, Кросс. Мы смотрели. Я звонила и писала. Я так волновалась.
— Извини, Блондиночка. Его телефон у меня, — Арес достает телефон из кармана и передает его мне. — У старшего брата сотрясение мозга средней тяжести и небольшое помутнение зрения. Ему пока нельзя смотреть на экран. Так что никакого телефона. Они хотят, чтобы он отдохнул. Никакой напряженной деятельности. Никакой сильной концентрации. Но они сказали, что ему не нужна полная темнота и тишина. Так что вот так. Уверен, вы, ребята, сможете придумать какое-нибудь не слишком напряженное занятие.
Я засовываю его телефон в карман толстовки.
— Я еще не уверена, нравишься ли ты мне, Бог Войны.
— Я так влияю на людей, — Арес весело смотрит на меня. — Ты останешься на ночь?
— Да, — пролезаю под руку Кросса. — Давай, здоровяк. Пойдем в постель.
Он стонет, и вибрация от этого делает забавные вещи с моим сердцем.
— Должен сказать, не думал, что мне придется быть контуженным, чтобы затащить тебя в свою постель, Золушка.
Арес качает головой и поднимается по лестнице впереди нас.
— Я брошу твою сумку в твоей комнате.
— Спасибо, мужик, — со вздохом сказал Кросс и, ухватившись за перила, медленно поднялся по лестнице.
Он останавливается, чтобы заглянуть к Керриган и Джексу, затем проходит в главную спальню в задней части дома и опускается на кровать.
Арес ставит сумку Кросса в угол и отводит меня в сторону, пока Беллами рассказывает Кроссу о том, что произошло с детьми за выходные.
— Послушай, знаю, что я тебе не нравлюсь. Поэтому тебе может быть не по душе то, что я собираюсь сказать. Но Кроссу действительно сильно досталось. Следующие несколько дней будут отстойными. Его глаза сильно устают. Голова будет болеть, как чертова сука. И он будет злиться, потому что не будет играть на льду как минимум две недели. Если ты не можешь с этим справиться, уходи сейчас же. Скажи ему, что тебе нужно домой, а я прослежу, чтобы с ним все было в порядке.
— Ну, черт возьми…
Арес скрестил свои толстые руки на груди и стал ждать.
— Может, в тебе все-таки есть положительные качества? Завтра у меня футбольный матч, но я могу его пропустить. Напишу мисс Кассабиан и сообщу ей, что кто-то должен занять мое место.
— Тебе не нужно этого делать. Мы с Беллами будем здесь.
— Спасибо, но я не спрашивала твоего разрешения.
Мы стоим, уставившись друг на друга, пока его губы не перекашиваются в наглой ухмылке.
— Не наебывай его, Блондиночка.
— Лучшие люди, чем ты, недооценивали меня, Бог Войны. Сейчас они об этом жалеют.
— Что там происходит? — спрашивает Кросс со своей кровати.
— Я просто сказал Блондиночке, если она о тебе позаботится, то мы с Беллами займемся детьми сегодня вечером и завтра утром. Тебе нужно поспать. Док сказал, что отдых — это самое главное.
Брат и сестра Кросса выходят, закрывая за собой дверь, а мой здоровяк ворчит что-то про сон весь полет домой.
— Я не хочу спать.
Я двигаюсь между его ног, и его руки скользят по задней поверхности моих голых бедер.
— Док сказал, что тебе нужно расслабиться, верно? — спрашиваю я, когда мне в голову приходит идея.
УайлдСин
Вчера Кросс Уайлдер снова был замечен, когда его водила по городу наша любимая блондинка-бомба. Кажется, даже сотрясение мозга не может испортить наш новый роман с Кройдоном в паре. Как мы думаем, этот огонек в его глазах может быть любовью? Остается только надеяться. Следите за новостями, чтобы узнать больше!
#ХроникиКройдона
ГЛАВА 15
— Ты прикалываешься надо мной, да? — спрашивает Кросс, которому не нравится моя идея.
— Не-а. Никаких шуток. У тебя есть ванна моей мечты. Я наполню ее теплой водой, выключу свет, чтобы ты мог отдохнуть, и хочу, чтобы ты в ней расслабился.
— Эверли… Девушки принимают ванны. Мужчины не принимают ванны.
— Твоя ванна очень большая, Кросс.
Беру его за руку и поднимаю с кровати, а затем тяну за собой в ванную.
— Теперь садись.
Стараюсь не думать о том, что его бывшая, вероятно, выбрала этот безвкусный пушистый табурет, подходящий к встроенному трюмо в его ванной, пока толкаю его на него и включаю воду. Когда поворачиваюсь, он выглядит не слишком впечатленным.
— Просто доверься мне.
Выхожу из комнаты и включаю свет в спальне, чтобы в ванной было теплое свечение. Достаточно, чтобы он мог видеть, не напрягая глаза. Когда вхожу обратно, то опускаюсь перед ним на колени.
— Что ты делаешь?
По крайней мере, когда я стою на коленях, он не звучит так ворчливо.
Глупый мужчина…
— Раздеваю тебя, Уайлдер. Ты не можешь принимать ванну одетым.
Сначала снимаю с него очки и осторожно прижимаюсь губами к фиолетовому синяку, расцветшему сбоку на его лице.
— Я вообще не хочу принимать ванну, детка.
Ага. Я на коленях, одно прикосновение губ, и он называет меня деткой.
Этот человек даже не представляет, что он со мной делает.
Игнорирую его ворчливый ответ и снимаю один ботинок, затем другой, а затем очень аккуратно раздеваю его до гола. Не торопясь, прослеживаю каждый мускул на его спине груди, прессе. Его тело — произведение искусства.
— Нехорошо дразнить мужчину, когда он в расстроенных чувствах, Золушка.
— Ох, милый, — делаю драматическую попытку посмотреть вниз на его член. — Ты и близко не расстроенный, и я никогда не говорила, что ты будешь лежать в ванне один. Я просто сказала, что это очень большая ванна, и подумала, что ванна может тебя расслабить.
Он запускает руки под мою толстовку.
— Всегда такая красивая в моей одежде, детка. Нам придется вернуться к этим гольфам, когда мне станет лучше.
— Мы вернемся ко всему, что ты захочешь, если только ты будешь следовать предписаниям врача и отдыхать, Кросс.
— И ты поможешь мне отдохнуть? — спросил он, уже более бодро.
— Приказ доктора, — выключаю воду, затем беру его за руки. — Будь осторожен. Ты еще не совсем окреп.
Он медленно опускается в ванну, шипя.
— Господи, женщина. Ты что, хочешь сжечь мне кожу?
— О, тсс. Я люблю горячую воду.
Закрепляю волосы на макушке и стягиваю с себя его толстовку.
Кросс перестает ворчать, как только я начинаю раздеваться.
— Помедленнее, Эверли. Я сейчас вижу двух тебя и хочу насладиться этим.
— Наслаждайся, пока можешь. Потому что ты получишь двух меня только в том случае, если получишь и Грейси, а ты не единственный, кто не делится.
Беру два полотенца из бельевого шкафа и кладу их на маленький безвкусный табурет, а затем медленно опускаюсь в воду, пока моя спина не упирается в грудь Кросса.
— Распусти свои волосы, Эверли. Я чертовски сильно их люблю.