Она вздрогнула, когда огромные крылья распахнулись, и отступила, когда они ударили по земле - раздался тихий гром, как бы насмешка над грохотом бури. Ассасин взметнулся ввысь, замотав хвостом.
Неслышно выругавшись, Келиз обернулась к Ганф Мач. - Почти стемнело. Давайте разобьем лагерь здесь - у меня каждая косточка трясется и голова болит. “Ведь это же был не слепой страх? Не обычная паника? Я говорю сама с собой и утешаюсь словами.
Мы обе знаем, как это полезно”.
***
Зарвоу из Змееловов, мелкого клана в составе Гадра, был здоровяком. Несмотря на массу грузного тела, двадцатичетырехлетний воин умел двигаться быстро и сражаться ловко. Змееловы некогда входили в число самых влиятельных кланов не только Гадра, но всех Белолицых Баргастов. Но потом случились войны с малазанами. Мать Зарвоу погибла от стрелы Сжигателя Мостов в горах около Одноглазого Кота, когда засада обернулась против Баргастов. Ее гибель сломила отца Зарвоу, заставила убежать в торговый город и скитаться там, превращаясь в столь жалкую развалину, что сыну пришлось удавить мерзавца собственными руками. Малазане осадили Змееловов, сломили их силу. Им пришлось уйти в отдаленную крепость, в лигах от “столицы” Столмена. Змееловы теряли подруг, убегавших в другие кланы, и ничего не могли с этим сделать. Даже Зарвоу, когда-то претендовавший на трех жен убитого соперника, остался всего с одной. Она оказалась бесплодной и все время проводила с вдовами, жалуясь на Зарвоу и всех Змееловов, оказавшихся недостойными своего имени.
Между их шатрами валялся мусор. Стада стали малыми, скот плохо ухоженным. Всех обуяли тоска и бедность. Юные воины каждую ночь накачивались драсским пивом и поутру горбились у потухших очагов, дрожа от помелья и поглощая горький корень, к которому тоже успели привязаться. Даже сейчас, когда разошелся слух, что Гадра готовятся излить гнев на местных изменников и лжецов, настроение Змееловов оставалось нездоровым и мрачным.
Великое странствие через океан, через мерзкие садки, в которых перемешался даже ход времени, оказалось ошибкой. Большой, ужасной ошибкой.
Зарвоу знал: Вождь Тоол был прежде союзником малазан. Обладай он большим влиянием в совете, настоял бы на изгнании Тоола. Нет, его освежевали бы заживо. Детям перерезали горло. Жену изнасиловали и отрубили пальцы на ногах, чтобы стала калекой, презреннее последней собаки, чтобы принуждена была подставлять зад каждому мужчине, где и когда тот пожелает. Но и этого было бы недостаточно…
Ему пришлось сегодня самому накладывать маску смерти - чертова жена затерялась где-то среди пятисот юрт становища Змееловов. Он присел над костром, подставляя лицо восходящему теплу, чтобы краска высохла - и увидел ее на козьей тропке к северу от лагеря. Идет не спеша, может, напилась - но нет, походка напоминает кое о чем другом - о ночах, полных секса, и утренних пробуждениях. Она расставляет ноги, как будто тем самым может развязать то, что завязалось в утробе…
Еще миг, и он увидел на той тропе Бендена Ледага, тощего юного воина с вечной улыбочкой, от которой Зарвоу всегда хочется вбить ему зубы в глотку. Высокий, тонкий, неловкий, руки как лопаты, которыми веют зерно.
Зарвоу словно озарило: он понял, чем именно эти руки были недавно заняты. Понял смысл насмешливой улыбки, которой юнец одарял Зарвоу при каждой встрече.
Значит, вдовы его женушку уже не интересуют. Она зашла дальше жалоб на мужа. Решила его опозорить.
Ну нет, это он ее опозорит.
Да, сегодня он бросит вызов Бендену. Порубит ублюдка на куски, а жена будет наблюдать из толпы и знать - как и все вокруг - что ее наказание еще впереди. Он отрубит ей плюсны - два милосердно быстрых удара тесаком. Потом изнасилует. Потом швырнет друзьям, и те займут очередь. Наполнят ее всю. И рот, и место за щеками. Возьмут по трое за раз…
Дыхание со свистом вырвалось из ноздрей. Член начал твердеть.
Нет, время еще будет. Зарвоу вытащил тесак, провел пальцем по острию, туда и сюда. Железо живет ради крови и скоро ее напьется. Никогда ему Бенден не нравился…
Он встал, поправил залатанный короткий плащ, пошевелил круглыми плечами. Прислонил тесак к ноге, одевая кольчужные перчатки.
Жена, видел он краем глаза, его заметила и замерла на тропе. Наблюдает с ледяным, ошеломленным пониманием.
Она что-то крикнула с холма. Он схватил клинок и, чернея душой от ярости, оглянулся - но нет, поганый недоносок не сбежал… Жена кричала не Бендену. Она все еще смотрит в сторону лагеря, и даже издалека Зарвоу видит на ее лице ужас.
Сзади раздались новые голоса.
Зарвоу поспешно повернулся.
Полоса штормовых облаков заволокла полнеба - он даже не заметил - нет, он поклясться готов, что…