- О да, господин. Я.. то есть мне лучше.
- Никаких обмороков?
- Да. Ну, однажды…
- Что случилось?
- В конце дня… я совершила ошибку, оставшись в палатке, когда он стягивал сапоги.
- А. - Тут он метнул на нее удивленный взгляд. Лицо сразу озарилось улыбкой. - Напомните, чтобы я отослал вас до аналогичного действия.
- О, господин, уверена, что вы не… гм, аналогичны…
Но он смеялся. Она видела, что солдаты у костров смотрят на них двоих. Заметила молчаливые жесты, ухмылки и кивки. Лицо пылало не хуже угля в кузнице.
- Араникт, уверяю вас, после целого дня быстрого марша мои носки свалят с ног коня. Все мы здесь одинаковы.
- Потому что вы решили идти наравне с солдатами, Брюс. Хотя могли бы ехать верхом или в одном из больших экипажей, и никто не подумал бы плохо…
- Тут вы можете ошибиться, Араникт. О, может показаться, что для них нет разницы, ведь отдавать честь они станут так же рьяно, как прежде. И приказы исполнять не откажутся. Но где-то глубоко в душе каждого таится камень преданности - слыша приказы от большинства начальников, камень остается гладким, к нему ничего не прилипает, стекая подобно воде. Так может быть и с моими приказами, избери я обычную тропу. Но, видите ли, может прийти время, когда я потребую от солдат чего-то… невозможного. Если камни останутся гладкими - если мое имя еще не выгравировано на них - я могу потерять солдат.
- Господин, они никогда не взбунтуются…
- Я не о том. Но, прося невозможного, я буду надеяться, что они совершат невозможное. Не то чтобы я готовился послать их на верную смерть. На такое я никогда не пошел бы. Но чтобы просить о большем, чем имеет право просить командир, я должен быть с ними. Нужно, чтобы меня видели между них.
Сегодня ночью, - продолжал он, - вы снова должны стать Атри-Цедой, а я вашим командиром. Когда мы будем говорить с солдатами. Когда спросим, как они провели день. Когда решим ответить на их вопросы и жалобы, сделав все что возможно. - Он помолчал, замедлил шаги. Они оказались в относительно темном промежутке между двух костров. - Особенно этой ночью, - сказал он вполголоса. - Они потрясены… прошел слух о недуге, сразившем малазанских магов.
- Да, Командор. Понимаю. Кстати, Верховный Маг Делат интересуется… гм, он спросил меня… О вас. Сказал, что я могу увидеть вас… другим, господин.
- И что вы расскажете ему на следующей встрече?
- Я… не уверена, господин. Думаю, что… Может быть…
- Он умный человек, - сказал Брюс. - Сегодня вечером, Араникт, я ощущал себя как… ну, я словно очнулся, вышел из холода и тьмы. Из места, которое считал реальным миром, настоящим миром - холод, думал я, был всегда, но я не замечал его до смерти и… воскресения. А теперь я понял, что холод и тьма были внутри меня, они коснулись однажды моей души.
Она восторженно смотрела на него. Глаза сияли. - И все ушло, господин?
Ответная улыбка сказала всё, что ей требовалось.
- А теперь, Атри-Цеда, побеседуем с солдатами.
- Обработаем камни, господин.
Именно.
“Насчет меня не тревожьтесь. Я ваша. Мой камень… плавится, меняется - спаси Странник, на нем появилось ваше лицо. Ох, насчет укусов…”
Они вышли в свет костра. Брюс случайно глянул на Атри-Цеду и увидел выражение ее лица - изменившееся почти сразу, но недостаточно быстро. У него захватило дух. Сладострастное томление, легкая улыбка на губах, озорные отсветы пламени в глазах. Он тут же потерял дар речи и мог только улыбаться в ответ на радостные приветствия солдат.
“Араникт. Я поистине был полумертвым, раз не замечал самого очевидного. Вопрос в том, что мне делать? С тобой?
В этом взгляде была тьма - не холодная, как во мне, но темнота слабо мерцающих углей. Удивляться ли, что ты так часто стоишь, скрыв лицо клубами дыма?
Атри-Цеда, что мне делать?”
Он понимал, что не получит ответа на вопрос, не поняв свои чувства. Все кажется таким странным, особенным, незнакомым. И в то же время - он ощутил в груди некий скрежет - она стоит, одержимая собой, довольная, погруженная в видения, а вот он - мнется рядом, смущенный и неуклюжий.
“Смехота. Оставь это на время, Брюс”.
***
Солдатчину оказалось переносить легче, чем он думал - так решил Восход. Много маршей, быстрых переходов - но подошвы его затвердели, дух окреп, даже таскать доспехи, оружие и щит оказалось не так тяжело. Выпадает время даже на упражнения с мечом. Присел и ткнул, присел и ткнул - держи щит выше, солдат! Держи строй - Сжигатели Мостов не прогибались. Стой, держи удар - потом сделай шаг вперед. Стой, держи, шагай - как будто валите лес, солдаты. Дерево за деревом. Присел, ткнул! Разумеется, это вызов - быть достойными легендарных Сжигателей, но ведь перед глазами один из них, все замечающий, суровый, гоняющий без передышки. Да, высокие стандарты, высочайшие.