- Если и так, Ваше Величество… неужели вы не ощущаете облегчения? Не говоря даже о малазанах, мы стоим у стен вашей столицы. Захватить королевство… ну, ваше уже у нас под руками. Не нужны дальнейшие походы, трудности и лишения. А малазане уже успешно завоевали Летер. Весьма уютное гнездо - но они решили не сидеть в нем.
- Я именно об этом! - рявкнула Абрасталь, стягивая шлем, распуская каскад буйных, увлажненных потом волос. - Почему Колансе? Чего вам нужно от Колансе, во имя Странника?!
- Ваше Высочество, - сказала не потревоженная нежданной вспышкой монаршего гнева Кругхева, - ответ может поставить нас в сложную ситуацию.
- Почему?
- Потому что вы говорите о совести. Воздерживаясь от объяснений, Ваше Высочество, мы дарим вам возможность заботиться только о своем народе. Вы его Королева, и в этом важнейшее различие между нами. Мы, Напасть, с начала и до конца несем ответственность лишь за себя, за исполнение задачи нашего существования. То же самое относится к вождю Желчу и Горячим Слезам. И, наконец, самое важное: те же обстоятельства определяют путь Охотников за Костями. - Она чуть склонила голову. - А вот принц Брюс вскоре может оказаться перед трудным выбором - вернуться в Летер или сопровождать Адъюнкта и ее союзников.
- Итак, - оборвала ее Абрасталь, - служа лишь себе, вы готовы нести ужас и страдание сломленному народу?
- Мы этого не желаем, Ваше Высочество, но к этому можем прийти.
В потрясенной тишине Танакалиан видел, как тускнеют глаза королевы, как наморщивается лоб. Казалось, душу ее заслонили облака сомнений. Когда она заговорила, голос звучал шепотом: - Значит, вы так и не объяснитесь, Смертный Меч?
- Тут вы правы.
- Вы говорите, что служите лишь себе. Звучит фальшиво.
- Простите, что заставила вас сомневаться.
- На самом деле, - настаивала Абрасталь, - я начала подозревать прямо противоположное.
Смертный Меч молчала.
“Тут вы правы”, молча ответил Танакалиан, насмешливо воспроизводя слова Кругхевы, “Всё, что мы делаем, служит не нам, а всем вам.
Бывает ли что-либо более славное? Если нам придется проиграть, если мы должны проиграть - как я думаю - разве можно вообразить конец более приятный? Величайшая в мире неудача.
Да, все знают сказание о Падении Колтейна перед вратами Арена. Но конец наших дней заставит померкнуть это сказание. Мы желаем спасти мир, а мир сделает все что возможно, чтобы помешать нам. Проследит за неуспехом. Смотрите, как мы выдавливаем кровь из каменного сердца!
Но нет. Свидетелей не будет. Если сущее - поэма, мы стоим в тишине между строк, упорные слуги безвестности. Никто не увидит, никто не узнает. Ни могил, ни камней, прикрывающих разбросанные кости. Ни кургана, ни погоста. Мы останемся в пустоте, не позабытые - ведь забвение подразумевает знание - а никогда не узнанные”.
Сердце его стучало, восхищенное тонкой красотой ситуации. Идеальный герой - тот, чей героизм не видит никто. Самая драгоценная слава - слава, пропавшая в равнодушном ветре. Высочайшая добродетель - добродетель, навеки схороненная внутри. “Понимаете, Смертный Меч? Нет, никоим образом”.
Он вспыхнул от удовольствия, видя, как королева натягивает поводья и резко разворачивает коня. Свита поспешила следом. Изящного галопа больше не было - эскорт мчался за отступающей королевой, беспорядочным строем напоминая скомканную в гневе тряпку.
- Поделитесь со мной вашей мудростью, Надежный Щит.
Сухой голос заставил его вздрогнуть. Жар улыбки вдруг стал казаться признаком иных, более темных чувств. - Они оставят нас, Смертный Меч. Болкандо мы больше не нужны.
Женщина фыркнула: - И долго мне ждать?
- Чего же?
- Мудрости моего Щита.
Они были в одиночестве. Лагерь Напасти стоял довольно далеко. - Кажется, никакие мои слова вас не удовлетворят, Смертный Меч.
- Королева Абрасталь должна понять, чего мы добиваемся. Она так просто не отступится; она станет поддерживать в себе решимость в надежде, что Адъюнкт Тавора окажется откровеннее.
- А та?
- Что сами думаете, Надежный Щит?
- Думаю, королеву Абрасталь ждет великое разочарование.
- Наконец-то. Да.
- Адъюнкт самолюбива, - сказал Танакалиан.
Кругхева дернула головой. - Простите?
- Она пригласит других разделить славу - этот Эвертинский легион королевы, он кажется отличной армией. Хорошо тренированной, способной не отставать от нас, в отличие от солдатни Покорителя Авальта. Встань они рядом с нами в Колансе…
- Сир, - оборвала его Кругхева, - если Адъюнкт самолюбива - ясно чувствую, вы ждете в будущем славных побед - то вам полезно было бы видеть в “самолюбии” беспрецедентную привилегию.