В это время из-за кустов верхом на лошади выехал крепкий парень с автоматом на груди. Мы задержали и его.
Это оказался калининский комсомолец Владимир Заболотнов — разведчик бригады Гаврилова, а повозка принадлежала активному партизанскому подпольщику Петру Ефименку из деревни Толстухи. Владимир Заболотнов, выполняя очередное разведзадание, еще накануне узнал о предстоящей вылазке карателей и о том, что по доносу предателя-старосты семье патриота грозит расправа. По совету Заболотнова Петр Ефименок запряг ночью лошадь и покинул родную деревню.
Поскольку Заболотнову еще предстояло добраться до «почтового яшика», который находился под елью у деревни Мальково, они договорились встретиться вечером здесь, близ развилки дорог. Заболотнов, как он выразился, едва унес ноги от карателей. Когда Владимир, вынув из-под дерева пакет с информацией, утром возвращался обратно, он близ деревни Толстухи, на большаке, столкнулся с немцами. Каратели заметили партизана, попытались схватить его. Шестеро вражеских всадников, разделившись на две группы, намеревались взять Владимира в клещи у деревни Старое Луково. Только благодаря хорошему знанию местности партизану удалось ускользнуть от преследователей. Гитлеровцы, выпустив несколько очередей ему вдогонку, вернулись к большаку.
— Так вот где орудуют «наши желанные», — сказал политрук отряда Георгий Богданов.
— Да. А мы их возле Рудни ждали, — в тон ему молвил Павел Поповцев.
— Враг хитер. Он не докладывает партизанам о своих замыслах, — заключил Юрий Соколов, серьезный, смелый парень из Ржева.
Владимир Заболотнов направился сопровождать семью Ефименка в деревню Ковалевку, где стояла разведгруппа бригады, а мы вернулись на берег озера Осына.
За магистралью Идрица — Резекне
Время поджимало. Мы прошли вдоль всей границы братского партизанского края, провели необходимую разведку и стали готовиться к походу на север, за железную дорогу Идрица — Резекне. В одну из осенних ночей бригада успешно перешла по Зуевскому переезду сильно охраняемый путь, проскользнула меж вражеских гарнизонов и двинулась к селу Томсину, расположенному на шоссе Идрица — Мозули.
Нам было известно, что в той стороне хозяевами так же являются партизаны. Это подтвердилось в первые сутки похода. На рассвете мы с радостью повстречались возле села Дубровка с конной разведкой 5-й Калининской бригады. Среди разведчиков оказались наши кувшиновские ребята Рэм Кардаш и Алексей Андреев. Мы виделись с ними еще весной сорок второго года под Насвой, когда небольшой отряд под руководством учителя истории Владимира Марго и его комиссара Андрея Кулеша направлялся в тыл противника. И вот теперь Леша и Рэм, став боевыми разведчиками, очутились перед нами. Они соскочили с разгоряченных коней, и мы, земляки, крепко обнялись
— Что за оказия, куда ни пойдешь, всюду кувшиновцы, — смеялся комбриг Назаров.
Приятно было слышать такое.
Нам часто вспоминались слова комсомольского вожака — секретаря райкома ВЛКСМ Николая Курова, которыми он осенью сорок первого года напутствовал нас в дорогу.
— Вам, ребята, — говорил он, — предстоят суровые испытания в борьбе с фашистами. Уверен, что вы не посрамите своего родного города.
И комсомольцы-кувшиновцы старались достойно исполнить этот наказ.
Из рассказа разведчиков нам стало ясно, что отряд Владимира Ивановича Марго давно вырос в крупную партизанскую бригаду, которая именовалась в списках Калининского штаба партизанского движения под номером «пять». Учитель школы Марго наглядно преподавал чужеземным захватчикам назидательный урок истории: «Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет».
Партизанская бригада Марго была закреплена за Себежским районом. На стыке границ Идрицкого и Себежского районов действовала также 4-я бригада Федора Бойдина, а севернее, близ латвийской границы, — 10-я партизанская бригада, возглавляемая Николаем Вараксовым. Так что здесь оккупанты «обжигались» от такого соседства и, во всяком случае, не чувствовали себя хозяевами на захваченной территории.
7 октября 1943 года войска Калининского фронта под командованием генерал-полковника А. И. Еременко освободили важный опорный пункт немцев — город Невель. Нам рассказывали о мошной вражеской обороне Невеля, поэтому мы восхищались героизмом советских воинов, когда узнали, что наши войска так быстро и неожиданно овладели городом. Много страха нагнали на немцев советские танкисты внезапным налетом. Следом за ними в город вошла наша пехота. Враг поспешно отступил, но вскоре укрепился на рубеже Дретунь — озеро Нещердо — Сутоки — Новосокольники. Таким образом, район озера Язно, где недавно пришлось нам побывать, был освобожден. Бригада Ахременкова и некоторые отряды, находившиеся восточной части партизанского края, оказались в советском тылу.