За эти дни, пока бушевала вьюга, немало было спето песен. Соберутся ребята в кружок и начинают:
Песни любили все. С ними легче шагалось по суровым дорогам. Песни были жизненные, связанные с войной. И у каждого партизана имелась своя любимая. Наш лучший запевала — кудрявый добродушный паренек из Вышнего Волочка Федя Шилин почти всегда пел песню «Облака, разорванные в клочья». Его звонкий, задорный голос частенько доносился вечерами из землянки:
Георгий Богданов и Виктор Соколов с большим мастерством исполняли «Бородино»:
Хор с чувством подтягивал.
продолжали солисты.
Партизаны дружно подхватывали:
Эти Лермонтовские строки об Отечественной войне 1812 года звучали и в наши дни патриотическим гимном.
Песни были у нас на вооружении. Очень часто не только попавшие в оккупацию люди, но и враги наши слышали грозные напевы народных мстителей.
Помню, зимой 1943 года мы проходили мимо большого вражеского гарнизона. Стояла тихая морозная ночь. Кто-то предложил спеть: «Пускай все слышат!» Мы запели «Священную войну»:
Мощное многоголосое эхо разносилось по округе, нарушая и без того неспокойный сон оккупантов.
Позже нам рассказывали о переполохе у немцев, который поднялся в селе.
Подчас такие сцены действовали на врага сильнее партизанских пуль. Само близкое присутствие партизан возле коммуникаций, баз и гарнизонов противника накаляло нервы гитлеровцев до предела, и сон у них был тревожный.
Так берут «языков»
Добыть «языка» несложно, если операция хорошо продумана и подготовлена. И методы при этом применяются самые разные, порой даже юмористические.
Забавную историю рассказал нам однажды политрук взвода из отряда Рыбакова Мартын Мартынович Валлас.
Их взводу дали задание добыть «языка». Долго думали, как это сделать. И вот Саша Марченко предлагает командиру взвода Токареву:
— Пошлите нас с Сергеем Севрюковым.
— Ну и как вы возьмете «языка»?
— А так, — ответил Саша. — Я сам из Логунов. Там сейчас фашистский гарнизон. В стороне от деревни, у самых кустов, стоит сарай. Мы с Сергеем ночью проберемся туда, а на рассвете, когда время петухам петь, он и проявит свой талант. Не может быть, чтобы немцы не клюнули на такую затею.
Все во взводе знали о способности Севрюкова имитировать с большим искусством крик петуха. Командир предложение Марченко принял, а в помощь ему и Севрюкову назначил еще и Михаила Горбунова.
Ночью партизаны дошли до Логунов, пробрались в сарай и стали ждать. На рассвете на крыльцо одной избы вышел в нижнем белье гитлеровец. И сразу же Севрюков прокричал по-петушиному. Через некоторое время в ближних деревнях ему ответили петухи, но фашист все свое внимание сосредоточил на сарае. Затем шмыгнул и избу и вскоре появился, надевая на ходу френч. Озираясь по сторонам, фельдфебель приблизился к сараю, открыл ворота, а партизаны ему: «Хэнде хох!»