В тылу партизан был Россонский район, где собрались, спасаясь от расправы, тысячи мирных граждан.
Заболоченная местность перед Свольной, приведенные в негодность дороги, взорванные мосты и завалы не позволяли врагу использовать танки и другую тяжелую технику. В тыл противнику направлялись десятки летучих групп, которые совершали диверсии, наносили внезапные удары по карателям.
Пятнадцать суток пытались гитлеровцы сломить оборону партизан. Все это время не утихал бой.
В середине марта партизанские отряды, накопив силы, начали наступление. Мелкие группы, подобно осам, сильно жалили врага. От них некуда было спрятаться. Карателей залихорадило. Они стали покидать партизанскую зону. Два месяца упорных боев остались позади.
Земля, освобожденная от оккупантов, начинала обычную жизнь. Но как трудно было ее восстанавливать! Фашисты оставили после себя страшные следы разрушений и смерти.
В деревне Купоровщине среди многих изуродованных трупов местных жителей удалось установить личность и нескольких человек. Евгения Путро была избита и расстреляна, а ее семилетней дочери гитлеровцы выкололи глаза.
На опушке леса возле Микулина было найдено пятьдесят шесть трупов жителей деревни Подгайские Хутора. Опознать удалось только пятнадцатилетнего Владимира Подгайского и его восемнадцатилетнюю сестру Лиду. Наталья Кудла лежала, прижав к себе трупик двухлетней дочери.
В деревне Ардавской изверги сожгли живьем в сараях сто пятьдесят человек, в Задежье — двести пятьдесят, в Залещине — шестьдесят. Жителей деревни Мозалевщины и беженцев из других деревень согнали в сарай и в дома и подожгли. Многие пытались бежать, выламывали окна, но гитлеровцы расстреливали их из автоматов. Живыми в огне тогда погибло более ста женщин, стариков и детей.
Зрелище массовых убийств было настолько страшным, что партизан Лаврентий Чапук, найдя место казни своих родных, за одну ночь стал совершенно седым.
Всю эту ужасную быль народ назвал освейской трагедией…
Вот что мы узнали от командира партизанской бригады Захарова. Вспомнив пережитое, он разволновался, вытер платком повлажневшие глаза, встал и, облокотившись о ствол березы, тихо проговорил:
— Я рассказал историю так подробно потому, чтобы вы знали, какой ценой отвоеван у врага этот край.
— Еще дымились сожженные карателями деревни, свежи были могилы убитых, а перед нами уже стояли новые задачи, — говорил Иван Кузьмич. — Вот и теперь в разгаре уборочная пора. Сначала уберем хлеб на тех полях, которые ближе к немецким гарнизонам. Постараемся не отдать врагу ни одного снопа.
Обстановка сложная. Каратели при каждом удобном случае стремятся вклиниться в партизанскую зону. То в одном, то в другом месте возникают стычки, гремят бои. Часто появляются вражеские лазутчики и шпионы. Но, несмотря ни на что, жизнь здесь идет по советским законам. Одно из условий нашей силы и уверенности в успехе — это боевое содружество партизанских отрядов, действующих на стыке трех братских республик.
— После войны в этих местах следует соорудить добротный памятник боевой дружбы наших народов. Пусть он напоминает потомкам о славных делах русских, белорусских и латышских патриотов, — сказал в заключение Захаров.
Да, Иван Кузьмич был прав. В совместной борьбе росла и крепла боевая дружба партизан. Ярким примером этому являлась еще одна из многих операций.
В местечке Вецслобода Лудзенского уезда Латвии расположился гарнизон противника. Партизаны решили разгромить его общими усилиями. Ночью 12 января 1943 года после хорошо продуманных и подготовленных действий Вецслобода была внезапно атакована.
С севера по вражескому гарнизону ударил Освейский отряд под командованием казаха Галима Ахмедьярова, с юга — отряд белоруса учителя Петра Машерова, с востока — латышский отряд Вилиса Самсонса и отряды под руководством русских Владимира Дорменева и Василия Лисовского. Руководил боевой операцией командир Белорусской бригады Александр Романов, человек инициативный и храбрый.
Вражеский гарнизон был разгромлен. Партизаны загрузили трофеями около трехсот подвод и увезли на свои базы.
Весть о разгроме вражеского гарнизона, где участвовало около тысячи партизан, всколыхнула жителей округи. Вецслобода стала светлым огоньком для тех, кто хотел сражаться против фашистов. Приток людей в партизанские отряды заметно возрос.
Когда Назаров заговорил о более тонких делах, интересующих сугубо нашу бригаду, Кузьмич оживился. Оказалось, что недавно в Себеж прибыл невооруженный батальон власовцев, который проходил специальное обучение в Германии. Партизанские разведчики не замедлили связаться с прибывшими. Выяснилось, что многие из них вступили в батальон с целью остаться в живых и готовы при первой возможности сдаться советским войскам. Власовцы давали согласие перейти к партизанам, но Захаров решил повременить, пока немцы их вооружат. Однако гитлеровцы тянули с вооружением батальона. А вскоре немцы заподозрили власовцев в неблагонадежности и стали вызывать одного за другим на допрос. Многим из батальона удалось бежать.