– А вот и Золотые ворота, – сказал Гоша, паркуя автодом.
Выходя наружу, мы заметили старушку, везущую за собой набитую чем-то до отказа сумку-тележку. Мгновение, и колёсико влетело в ямку на асфальте: сумка повалилась вниз, раскрылась, и из неё вывалились разноцветные платочки. Подхватываемые ветром, они начали разлетаться один за другим. Я протянула руку и схватила уголок за секунду до того, как он вылетел на дорогу. Ребята тоже принялись ловить ускользающие лоскутки ткани.
– Ой спасибо, милые! – запричитала старушка. Из-под её платка выбивались седые прядки, а глаза хитренько смотрели прямо на нас с Маринкой. Посмотрев на подругу, я поняла причину: звериные рожицы мы смыть так и не смогли…
Пожелав женщине хорошего дня, мы прошли мимо белокаменных ворот с золотым куполом и завернули за кирпичное здание Троицкой церкви. Встали прямиком за ней же. В самой середине дня народу на улочках было немного: вокруг ходили лишь пожилые люди или мамы с детьми.
Я чувствовала неуверенность и ощущение, что мы как какие-то дураки встали с коробкой для писем и дурацкой рекламой посреди улицы. Всё это в момент казалось так неправильно. Я видела, что тоже чувствовали и другие: Стёпа осматривался по сторонам, крутя в руках ручку, Гоша развалился на лавочке за нами, а Маринка проверяла соцсети: результаты были так себе. Наше видео не стало популярным волшебным образом за несколько часов, а подписчики не потекли рекой.
Первое время около нас совсем не было никого, но вскоре тишина улиц оживилась кучками людей, идущих с работы или выбравшихся на прогулку, минуя жаркое полуденное солнце. Заприметив двух дам, идущих к нам, я решила взять инициативу в свои руки.
– Добрый день, не хотите ли бесплатно отправить письмо в какой-либо город из нашего маршрута? – я указала на коробку. – «БорВаз» довезёт ваши письма и вас! – в итоге мы написали этот слоган, придуманный мной, потому что Гоша не мог выдавить из себя ничего приличного.
– О господи, Михайловна, ты это видишь? Да это же эти, как их там… – указала на нас с Маринкой одна из дам.
– Фурри! Или как их там…квадрохеры?
У нас с Маринкой челюсти упали. А рядом послышался жуткий гогот. Ну как, Стёпа тоже смеялся, но Гоша ржал так, что услышать кого-то другого возможным не представлялось.
– Я по телевизору видела: они и цапнуть могут, и корм кошачий едят…
– Вот оно – потерянное поколение!
– Нет-нет, вы не то подумали! – затараторили мы с Маринкой на перебой.
Теперь из-за шумихи люди вокруг нас делали вид, что просто идут мимо, но кидали заинтересованные взгляды. Я вновь озвучила наши услуги: никто не подошёл.
– Я хочу отправить письмо! – к нам шла та самая старушка, чьи платки мы ловили недавно.
– Да-да, конечно! Вот вам конверт, ручка, – затараторила Маринка. – Вам в какой город? У вас есть возможность сказать этому человеку о том, чтобы он подошёл и забрал письмо в назначенное время?
– Не трындычи, милая! – смерила взглядом подругу старушка. – Мне во Владивосток, пожалуйста!
Ничего себе, первое же письмо, и сразу в конечную точку. Старушка расположилась за нашим раскладным столиком и принялась писать: сначала лицо её было сосредоточенное, она была полностью погружена в свои мысли, но после усмехнулась и сложила конверт.
– Вот, милочка, – она сунула Маринке в руки конверт. – Сообщить о письме у меня возможности нет, но, если вдруг увидите мужчину с вот такой вот татуировкой, – старушка отдала мне вышитый платок, – передайте ему письмо. А если не увидите, значит и не судьба, – весело подмигнула старушка.
– Это ваша первая любовь? – с вдохновением в глазах и голосе спросила Маринка.
– Можно и так сказать, – старушка улыбнулась. – Запомни, милочка, сначала он будет злиться, после засмеётся, а потом скажет: «Вот коза!», – на этом старушка развернулась и покатила свою сумку-тележку.
Я взглянула на конверт, на нём стояла подпись: Вера Елисеевна Люб
Тут к нам подошли мама с дочкой. Они хотели отправить письмо друзьям из Красноярска, за ними подошли те две дамы, принявшие нас за последователей субкультуры. Вера Елисеевна на своём примере показала, что боятся и стесняться нечего. Именно она положила начало нашей передаче писем, за что мы ей безумно благодарны.