Девушка ничего не ответила. Она вдруг наклонилась и обняла мужчину за плечи. Он, обернувшись, долго смотрел на нее. Его длинные пальцы коснулись ее висков, а затем он поцеловал ее. Я по-прежнему не могла разглядеть их лиц. Поцелуй становился все глубже. Я была одержима желанием узнать, как они выглядят, и, зная, что вижу сон, намеренно не отводила взора. Раскрыв глаза пошире, я увидела, как супруги целуются средь бела дня на кровати.
Силясь понять, как выглядят эти двое, я продолжала наблюдать за ними, но чувствовала себя ужасно неловко. В молодости мне доводилось видеть немало картинок «весенних дворцов», поэтому представшее перед глазами зрелище не вызывало удивления. Я решила, что скрепя сердце буду молча наблюдать за происходящим, но все вокруг вдруг изменилось.
Я мысленно вздохнула. Это действительно был сон.
Теперь я находилась у опушки персикового леса. Облаченный в сюаньи мужчина, стоя напротив девушки в белом, строгим голосом говорил:
– Ни в коем случае не отходи от этой горы даже на полшага. Ты носишь нашего ребенка, и моя семья быстро это заметит. Если это произойдет, быть беде. Как только я закончу дела, сразу вернусь. Да, и еще: я уже придумал способ, как нам вырастить персиковые деревья.
После этих слов он достал из кармана рукава бронзовое зеркальце и вложил его в руку девушки.
– Когда тебе станет одиноко, посмотри в зеркало и позови меня по имени. Если я не буду занят, то поговорю с тобой. Но помни: нельзя выходить из персикового леса или даже ненадолго покидать гору.
Девушка кивнула в знак согласия. Когда фигура мужчины исчезла вдали, она тихонько вздохнула.
– Мы поженились у Великого озера Восточной пустоши, но он все еще отказывается знакомить меня с семьей. Я будто любовница и, даже нося под сердцем ребенка, вынуждена скрываться. Ох, какой позор! Что же мне делать?
Покачав головой, она вернулась в хижину. Я тоже покачала головой. Мне было понятно, что смертная и небожитель полюбили друг друга. Издревле отношения между небожителями и смертными не приводили ни к чему хорошему. Я слышала историю, как Тянь У полюбил смертную и, чтобы изменить продолжительность ее жизни, позволил ей остаться с ним, пока море не высохнет и камень не сгниет. А в итоге много страдал, чуть не погубив свое бессмертное начало. Он прозрел, только когда Мо Юань наставил его на путь истинный. Тем не менее эти любовные раны все же повредили бессмертную первооснову. Когда древних богов настиг рок, у них не было возможности спрятаться, и они погибли.
Как только девушка вошла в хижину, пейзаж снова изменился. Это все еще был персиковый лес, но большинство цветов опало. Меж оголенных ветвей холодным светом мерцал заходящий месяц; все вокруг выглядело очень печально. Девушка в белом, держа в руках бронзовое зеркальце, что-то кричала. Я лишь смутно видела черты ее лица. Она открывала и закрывала рот, но мне не было слышно ни звука. Спотыкаясь, девушка выбежала наружу. Мое сердце затрепетало, и я, забыв, что нахожусь во сне, бросилась к ней со словами:
– Разве ваш муж не велел вам оставаться в персиковом лесу?
Однако она не слышала моих слов и, не обращая на меня внимания, продолжала бежать. Примерно в ста шагах от персикового леса был возведен магический барьер, которому не составит труда удержать смертную. Бег девушки оказался чересчур стремительным. Она была решительно настроена и преодолела барьер, быстро проскользнув через него.
Неожиданно небо озарилось вспышками молний. Я вздрогнула и проснулась.
За окном занимался рассвет.
В покоях никого не было, лишь в изголовье кровати стояла лампа Сплетения душ. Благодаря зеленой занавеске я поняла, что нахожусь не в постели Е Хуа, а лежу в своей кровати в Зеленых покоях.
Е Хуа действительно умел держать слово.
Ко мне подошли две служанки в темно-зеленых одеждах, чтобы привести меня в порядок. Однако им ничего не пришлось делать: кто-то уже позаботился о моем подобающем облике. Видимо, за это стоит благодарить Е Хуа.
Я смотрела, как лучи утреннего солнца пробиваются в покои, скользя по зелени занавесей, и ощутила, как проясняется на сердце. Все встало на свои места. Моя жизнь была совершенна и полна, как никогда. Одна из прочитанных мною пьес рассказывала о судьбе девушки из семьи чиновников, которая, когда-то покинув родные края, решила вернуться в отчий дом, чтобы повидаться с родственниками. На своем пути она встретила разбойника, замыслившего ограбить ее и сделать своей женой. Этот разбойник вызвал мое неподдельное восхищение. В пьесе говорилось, что он блестяще владел боевым топором и был намного мудрее скучных ученых мужей, без устали твердящих: «Как говорил Конфуций, как говорил Конфуций…», а на деле не умеющих даже в горах найти правильный путь. Но героиня пьесы была чиста и невинна и предпочитала умереть, нежели отдаться мастерски владеющему топором разбойнику.