Он никогда не был на острове Инчжоу и никогда не навлекал на себя ярость четырех свирепых зверей, что сторожат траву. Хоть он и не был честен, но все же не солгал и не использовал никого в корыстных целях. По всей видимости, Чжэ Янь пытался сообщить мне, что на самом деле пилюля – дело рук Е Хуа. Но почему же он скрыл это от меня? Неужели… неужели…
Собрав волю в кулак, я покинула изначальный дух Де Юна. Нетвердой походкой я подошла к столу, чтобы налить чаю, однако я не успела выпить его: у меня начался приступ кровавого кашля. Мое сознание затуманилось. Сердце колотилось как бешеное, ноги ослабли, и я упала на колени, ударившись о ножку стола и разбив при этом чайник. Принц Де Юн, помассировав виски, уселся в кровати и, ничего не понимая, спросил:
– Что с вами?
Я, заставив себя улыбнуться, оперлась о стол и поднялась на ноги.
– Ваша болезнь полностью отступила! Больше нет никакой необходимости в лечении. Прошу, доложите обо всем Владыке! У вашего покорного слуги срочное дело. Мне необходимо как можно скорее вернуться в персиковый лес.
Глава 20
Смятение чувств
В памяти всплыла история о маленькой Чжу Инь, которая жила в водной пучине по соседству. Чжу Инь не повезло: когда она вышла замуж, семья мужа невзлюбила ее. Злая свекровь целыми днями только и делала, что обижала девушку. Ее отец, узнав об этом, пришел в ярость и разгромил дом родителей мужа. Свекру и свекрови было не под силу справиться с отцом девушки, но они не смогли проглотить обиду и отправили жалобу в Лисью пещеру. Они просили моего отца взять ответственность на себя и вместо них вернуть невестку в дом ее родителей. Не было никаких доказательств, что отец Чжу Инь напал на семью ее мужа в их собственном доме, поэтому его оправдали. Однако, чтобы эта ситуация не привела к большой беде, мой отец принял решение удовлетворить жалобу и тем самым окончательно разорвать отношения между двумя семьями.
Узнав о Чжу Инь, матушка расчувствовалась и начала умолять отца не делать того, что он задумал, говоря, что девушка – далеко не красавица, к тому же весьма изнежена и избалована. Если отправить ее в родительский дом, она больше никогда не выйдет замуж. Однако это дело было столь запутанным и сложным, в нем оказалось задействовано столько действующих лиц… Отец, который славился справедливостью, в конце концов, принял решение, и Чжу Инь лишилась мужа. В то время мы с Четвертым братом втайне сочувствовали Чжу Инь, полагая, что ее брак действительно был кошмаром.
Четвертый брат тогда сказал, что хотя я и избалована не меньше Чжу Инь, но все же намного красивее, и поэтому, если даже от меня откажутся обе семьи, я все равно не останусь без мужа. Только поделившись со мной своим выводом, он смог успокоиться. Однако рано он радовался. Спустя несколько десятков тысячелетий я осознала одну истину: счастье в браке не имеет никакого отношения к внешности.
Несколько тысяч лет спустя к пещере Чжу Инь, которую моя матушка считала дурнушкой, выстроилась целая очередь из женихов. Молодых бессмертных было так много, что они чуть не сровняли пещеру с землей. Благодаря мужскому вниманию Чжу Инь овладела искусством обольщения и стала настоящей сердцеедкой. А в это же самое время у меня, настоящей красавицы, по словам брата, на которую возлагали столько надежд, было всего пять претендентов на руку.
Первым женихом стал Девятый сын главы клана Птиц бии. Он гостил в Цинцю вместе с отцом и с первого взгляда влюбился в меня, совсем еще девчонку, которой едва исполнилось двадцать тысяч лет. Перед отъездом он, тайком от моих родителей, отвел меня в сторонку для разговора. Юноша вручил мне два пера из своего оперения и сообщил, что это подарок в честь нашей помолвки. Он тихо сказал, что когда станет старше, то прилетит сюда на разноцветном облаке и женится на мне. Юноша подарил мне два пера: одно красное, а другое зеленое. Глядя на эту красоту, я подумала, что будет неплохо выйти замуж за птицу, и приняла подарок. Однако спустя много лет я узнала от Ми Гу, что птицам бии запрещено жениться на тех, кто не является членом их клана. Его отец и мать не могли смириться с выбором сына и поэтому ночью, когда их сын крепко спал, опоили его любовным зельем. Они направили сына к ложу одной очень добропорядочной девушки из их клана. Придя в себя, он понял, что совершил непростительный поступок. Так он и не решился прилететь в Цинцю на разноцветном облаке и взять меня в жены. Его подарок – разноцветные перья – я связала в пучок вместе с перьями фазана и сделала из них метелку, которая отлично подходила для смахивания пыли.