– Ну хоть кто-нибудь… кто-нибудь, откликнитесь, пожалуйста. Балерина, Джек! – в отчаянии закричала она.
– Не мучайся понапрасну. Никто тебе не ответит, – неожиданно раздался незнакомый женский голос, слишком тихий и нежный, чтобы принадлежать балерине.
Сиа с осторожностью огляделась.
– Я здесь, – вновь раздался шепот.
Девушка посмотрела в ту сторону, откуда он раздавался. В двух шагах от нее из-под кокона торчали поникшие, будто опавшие листья, крылья фламинго. Сквозь просветы в паучьих сетях на нее смотрели ее безжизненные глаза.
Сиа молчала, и через некоторое время девушка-фламинго равнодушно и презрительно отметила:
– Ты еще жива.
Хотя, может, и не равнодушно – Сиа плохо видела ее выражение лица.
– Она мучит своих жертв, особенно самых ненавистных, до тех пор, пока они не умрут. Выплескивает так свой гнев. Ей кажется, что танец на их костях привлечет больше зрителей.
– Значит, капитан Джек еще жив.
– Так вот кого ты ищешь, – удивленно пробормотала фламинго.
– Он здесь из-за меня.
– Уходи! Угрызения совести тут испытывают только дураки.
– Я должна уговорить балерину отпустить его.
– Она сейчас где-то прячется и слушает нас, – словно маленькому ребенку принялась объяснять девушка. – Думаешь, почему она не выходит? Потому что не собирается тебе помогать.
Сиа растерянно оглянулась: и правда, найти среди бескрайних размеров паучьей сети Джека или танцовщицу едва ли возможно. Да и случись это, как ей убедить ее?
– Не трать понапрасну время. Никто не может ее уговорить. Даже Хартсу не удалось задобрить ее ни сокровищами, ни произведениями искусства.
– Хартс пытался это сделать? – Знакомое имя мгновенно пробудило в девушке интерес.
Заметив это, пленница сладко вздохнула, насколько это позволяло ее безжизненное тело, и усмехнулась. Сиа была уверена, что этот смешок предназначался ей.
– Так, значит, тебе ничего не известно…
Тело птицы умирало, жизнь в ней готова была оборваться в любой миг.
– Хартс хотел уговорить ее вызвать Тома, чтобы освободиться от демона внутри.
Том… Его имя связано со столькими тайнами. Впрочем, эту историю Сиа уже успела узнать от Джейк.
– Я думала, это под силу только господину Хэдону, – озадаченно сказала Сиа, вспоминая слова ведьмы о том, что именно для этого юноше нужно вылечить хозяина ресторана.
– Нет, – ответила собеседница, издав измученный смешок, говорящий, что Сиа глубоко заблуждалась. – Балерине сделать это еще легче – достаточно одного взгляда или взмаха руки, – саркастически отметила она, вяло взмахнув ладонью.
От этого с ее руки упали оставшиеся несколько перьев, а кокон сжался еще сильнее. Паучиха оказалась куда могущественнее, чем можно было ожидать.
– Спросишь почему? – захохотала девушка, окутанная липкой массой. – Да потому, что он влюблен в нее.
Неожиданно послышался треск разбившейся вазы.
– Демоны же любят балерин.
Шепот эхом разносился по обвитой паутиной комнате, словно вуаль скрывавшей потолок.
– Как забавно.
И девушка поведала ей красивую, но груст-ную историю, начало которой уходило далеко в прошлое.
– Этого достаточно?
Рука с яркими ногтями положила драгоценный камень на старый стол, уже готовый рухнуть от богатств и украшений.
– Хм, думаю, теперь я смогу тебя выслушать. – Джейк издала отвратительный смешок и уставилась на гостью выпученными глазами. – Что тебе надо, Акация?
Молодая миниатюрная девушка лет двадцати смело смотрела ей в глаза, не отводя взгляда. Не под стать возрасту ее лицо украшал броский, вызывающий макияж.
– Хочу избавиться от желания.
Ведьма скривилась – по-видимому, просьба девушки пришлась ей не по душе.
– Встречала я уже таких. Не могут справиться с временными трудностями, просят исполнить их желание, а потом приходят и ноют, чтобы я все вернула обратно. Это невозможно.
Однако Акация была полна решимости осуществить задуманное. Ее хитрые, напоминающие кошачьи глаза уверенно смотрели на Джейк.
– Я обещаю, что ни при каких обстоятельствах не буду просить вернуть все обратно. Это не временная трудность – боль и ограничения преследуют меня всю жизнь. Мне нужно выбраться из этого круга.
– Ха! – громко хмыкнула Джейк и разразилась пламенной тирадой: – Ты идиотка? Совсем не соображаешь? Вы поглядите на нее. Трудно ей! В таком юном возрасте добилась славы, и все благодаря красоте и таланту. Нашлась тут несчастная.
Толстые как сосиски пальцы ведьмы хлопнули ее по руке.
– Танцуешь в лучшем ансамбле острова. Сотни монстров собираются каждый день поглазеть, целуют песок, по которому ты ходишь. От какого же желания тут избавляться? Тебя ждет лучшая жизнь.