Выбрать главу

Только пройдя через адскую боль, Акация смогла по достоинству оценить ценность жизни во всех ее проявлениях. Усмешка исчезла с ее лица, уголки губ опустились. Ей было противно отчаяние Тома, но она не могла ему не сочувствовать. Словно в доказательство этого она ощутила покалывание в ступнях. Девушка тяжело вздохнула.

– Ты выбрал неправильный путь, Том.

– Может быть, но я старался, чтобы все монстры…

– Такую любовь нельзя разделить со всеми. Ты с самого начала заблуждался.

– И что тогда делать? – обреченно спросил он.

От его фанатичного стремления добиться своего у Акации побежали по коже мурашки. Как они были похожи!

Отчаяние и жалость пробивались сквозь трещины в сердце Акации. В конце концов Том – часть нее самой, и она должна ему помочь.

– Иди за мной.

Девушка повела его в свою комнату, и он послушно последовал за ней. Войдя внутрь, юноша не поверил своим глазам. Неужели эта комната могла принадлежать той, кто презирал верующих и помогал нищим? На полках шкафов стояли религиозные книги и статуэтки, а на стенах висели иконы.

– Давно это?

– С тех пор как узнала, что скоро лишусь ног, – тихо ответила Акация и села на краешек кровати.

Она кивнула ему, и он опустился чуть поодаль. Акация посмотрела на него, а затем стала молча снимать пуанты.

Красивые кремовые туфли скрывали искривленные от постоянного стояния на них кончики пальцев. На трех не было ногтей, а еще два совсем почернели. Ступни девушки были неправильной формы, словно ей переломали все кости.

Том не мог вымолвить и слова. Он мог принимать любой вид и по желанию менять внешность, поэтому подобное несовершенство казалось ему ужасающим. Теперь он понял, почему никто из девушек никогда не ходил босиком даже в помещении. За внешней красотой скрывалась неприглядная правда.

– Их вид не проблема. В конце концов, у всех балерин такие ноги, – сказала Акация, заметив его испуг. – А вот если я лишусь ног, то придется навсегда попрощаться с балетом.

Со всех сторон на нее смотрели изображения богов.

– Я в них не верила, – призналась девушка. – И смеялась над теми, кто им поклонялся. Мне казалось, что все в жизни зависит от моих стараний, и покровительство каких-то вымышленных существ мне было не нужно.

Акация была твердо убеждена, что талант и усердие определяют жизнь, а в богов верят люди беспомощные, лишенные всего этого. В религии они искали убежище от своего ничтожного существования. Ее переполняло высокомерие, обретенное в недолгий период успеха и славы. Сейчас все это разбилось о суровую реальность.

– Кое от чего убежать невозможно, как ни старайся. Вот я и пыталась обрести надежду в том, кого не знала и чьего лица никогда не видела. В том, кто мог бы помочь мне справиться с этим.

Ее молитва, с которой она призывала к высшим силам в самый первый раз, была искренней и чистой.

– Я молюсь десятки раз на дню. Прошу, чтобы я могла продолжать танцевать до конца своих дней. Пусть не в лучах софитов, без аплодисментов и подарков, пусть даже примой станет другая. Я согласна и на старый обшарпанный чердак, где, кроме меня, никого не будет. Лишь бы продолжать танцевать, – тихо шептала она, отчаянно желая, чтобы кто-то наверху ее услышал. – Я молюсь, мечтая, чтобы мое желание сбылось. Это пусть и немного, но посильнее всякого лекарства. Молитва дает мне желание жить. Каждый день я взываю к богу и прошу его милости и любви.

Закончив, девушка подняла голову и выжидающе посмотрела на Тома, призывая его понять ее слова.

– И не только я, – медленно и отчетливо произнесла она. – А десятки тысяч других монстров. Ты понимаешь, Том?

Когда Акация произнесла его имя, юноша ощутил, как сознание помутилось, будто кто-то ударил его по голове. Сердце застучало быстрее, по телу пробежала дрожь. Все стало проясняться.

– Те, чьи сердца переполняет отчаяние, не могут не верить в бога. Но если в их жизни еще теплится надежда, то…

Акация улыбнулась.

– То мы просто становимся глупыми мечтателями.

Молодой человек встал с кровати. Теперь ему предстояло многое переосмыслить и начать все заново.

Прошла неделя, наступил день концерта. Девушки разминались в шатре в ожидании шоу, обещавшего стать самым крупным за всю историю их труппы. Первые ряды занимали высокопоставленные чины, известные журналисты и репортеры. Из-за кулис доносились голоса зрителей, предвкушавших красочное выступление, торжественная музыка эхом разносилась по залу.

Дыхание Акации участилось. Неожиданно пуанты окрасили кровь и лимфа из открывшихся ран на ее ногах. Перед выходом на сцену она в последний раз приняла пять таблеток, которые дала ей Джейк.