- Да, согласен, леди, - с притворным сочувствием отозвался Вельтон. - Вы несколько тепло одеты. Но не волнуйтесь, я постараюсь достать более, кхмм, подходящую одежду.
И обернулся.
- Видите, как я забочусь о вас? От вас же требуется только молчать и улыбаться. Так что считайте это взаимовыгодным сотрудничеством.
Взаимовыгодным? Да если бы не ошейник, она бы…
Лика вдруг сообразила, что даже эту ситуацию можно обернуть в свою пользу. Выдавила ему широкую улыбку и подумала про себя:
«Ну, погоди же, я тебе испорчу всю коммерцию».
Тем временем они подошли к какому-то хаотическому скоплению строений и палаток, который Лика безошибочно квалифицировала как базар. Вельтон подошел к прикрытому полотняным пологом входу в одно из строений и поманил ее пальцем:
- Леди, нам сюда.
глава 11
Строго говоря, назвать это входом было сложно. Потому что стоило ступить за дверь, как они сразу оказались в каком-то отгороженном со всех сторон полотняном коридоре. Лика застыла, оглядываясь.
- Сюда, - Вельтон изобразил поклон.
Она покосилась на него и шумно выдохнула, однако встала рядом. Для того, что она собиралась сделать, следовало притупить его бдительность. Пусть уверится, что она готова принять его предложение о взаимовыгодном сотрудничестве.
Мужчина смерил ее взглядом, ища подвох, но она себя не выдала, тогда он двинулся-таки дальше. Идти пришлось недолго, правда, они здорово попетляли по этому тряпичному лабиринту.
И вот наконец выбрались в довольно широкую палатку, в центре которой был установлен столб. У столба стоял приземистый дядечка в странном головном уборе и распекал кого-то, кажется слугу. Еще она успела заметить, что из этой палатки ведет несколько проемов, прикрытых полотнищами. Сквозь один просачивались солнечные лучи и веяло зноем. А еще доносились шум и выкрики.
- Стой здесь, - сквозь зубы бросил ей Вельтон.
А сам подошел к дядечке и поздоровался:
- Приветствую тебя, уважаемый Кобул Назирах.
Тот резко обернулся и в первый момент даже на секунду застыл, вытаращив глаза и открыв рот. Но тут же очнулся.
- Хуш бирмеле! Кого ты привел, странник? Какая красавица!
Глаза дядечки просто загорелись восхищением, кажется, он уже готов был бежать к ней, но Вельтон развернул его:
- Не спеши, уважаемый Кобул Назирах, сначала поговорим о деле.
Дядечка тут же перешел на деловой тон.
- Я могу дать тебе за нее…
- Э нет, - Вельтон усмехнулся. - Так не пойдет. Давай договоримся сразу.
Торговец хмыкнул, глаза блеснули.
- О чем ты хочешь говорить?
- За то, что я привел ее именно к тебе, - Вельтон для убедительности понизил голос, - ты даешь мне вдвое против обычной доли. Но это не все. Я хочу процент с продаж.
- Что?!
- Тридцать.
- Тридцать?! - дядечка воззрился на него и эмоционально вскинул руки. - О великий боже! Это же грабеж! Три. И это мое последнее слово!
- Двадцать пять.
- Хуш бирмеле… Боже, дай мне терпения… Три с половиной!
- Двадцать пять, - продолжал давить Вельтон. - Ты сам видишь, какая красавица. Подумай, сколько ты можешь получить за нее, если… Ну, ты меня понимаешь.
Торговец поджал губы и засопел, потом перевел взгляд на нее, прикидывая в уме прибыль. Вельтон в тот момент стоял спиной, это был шанс.
Лика стала усиленно чесаться. Везде.
- Хуш бирмеле! - вытаращился дядечка и аж присел. - Да она грязна!
- Что?
Вельтон резко обернулся, а Лика с улыбкой на лице застыла на месте. Не найдя ничего криминального, тот снова повернулся к торговцу и проговорил:
- Да, платье немного помялось, но с каких пор это стало тебя волновать? Пусть ее переодевает тот, кто за нее заплатит.
Однако дядечка уже просек свою выгоду, Лика поняла это по глазам. Он замахал руками:
- Нет-нет-нет! В таком виде я не могу выставить ее ты сам знаешь перед кем. Ее надо отмыть и привести в порядок. Только через неделю, а то и дней через десять. Не раньше. А пока пусть она поживет в моем доме.
Вельтон дернулся было возразить, что не станет расставаться со своим товаром, но торговец уже расплылся в улыбке:
- Конечно, уважаемый странник, ты тоже можешь быть гостем в моем доме. Отдохни, я вижу, ты устал с дороги. Потом мы выпьем, поговорим о процентах. Куда нам торопиться?
А Лика смотрела в сторону и сдержанно улыбалась.
Ну вот, для начала неделю отсрочки она себе выторговала.
***
Стоило вернуться в особняк, как Ника просто накрыло невыносимым чувством потери. Он ведь мог никуда не тащить сегодня Анжелику. Мог вчера не удирать, как трусливый заяц, из ее ванной, а сделать ее своей женой по-настоящему.