Орк хмыкнул.
- А может пошлю на хрен мудрый совет твоего отца и вернусь в газету господина Девиса, вести спортивную колонку. За последние время меня как-то много похищали. И угрожали. Надоело. В следующий раз в подобной ситуации сразу начну откручивать головы. А может обделаюсь со страху и опять сбегу. На самом деле - понятия не имею, что будет дома. Не поверишь, но больше всего меня напрягает будущее свидание с матерью.
- А я скучаю за мамой, - ответил Ур и посмотрел на кофе.
- Наверное я тоже. В какой-то степени. Помнишь, я рассказывал, какой представлял жизнь Ульфы здесь? Часто думал о сестре, когда она уехала. У меня нет никого ближе. Так вот - понятия не имею, что думала о Ульфе моя мать. И думала ли вообще. Когда-нибудь. Никогда не понимал, что у нее на душе.
- Звучит тяжко, - сказал Ур.
- Пока отец был с нами, мама была ничего. Часто кричала, иногда давала подзатыльник, но и всего-то. Временами от нее чем-то странно пахло, я только потом понял, что выпивкой. Выпивала сначала немного, говорила, что бы снять напряжение. Двое детей, куча домашней работы, жизнь в маленьком поселке, где нечего делать, все в этом роде. Когда отец ушел, она стала пить каждый день. Выпив бывала добродушной, иногда истерила, иногда бросалась нас обнимать и за что-то просить прощения - то за оплеуху, то еще за что-то. Стала связываться с такими же мужиками. Бывали неплохие, бывали хреновые. От некоторых я получал. Левое ухо мне сломал один из них, мать надо отдать ей должное, выгнала того парня с криками. На месяц. Отцу, когда тот приехал летом, сказал, что сломал ухо упав с дерева. Думаю, если бы он узнал правду, ничем хорошим это не кончилось.
- Да уж, - Ур налил еще кофе из термоса. - У меня в жизни ничего подобного не было.
- Я пытался пореже попадать домой. Занимался во всех спортивных секциях в школе, каких только мог. До уроков, после уроков. Сестра, как право была со мной. Тоже не хотела домой. Ждала на лавочках в спортзале, или еще где-то. Там же делала уроки. У нее легко получалось, - продолжил эльф. - Когда мне стукнуло шестнадцать, получать уже стали мамины сожители. Те, кто думали, что раз они живут в моем доме или спят с моей матерью, могут посылать меня за выпивкой. Или просто посылать. Или сплевывать на пол. Или тушить бычки об стол. Или не мыть за собой посуду. " Да на хрен, тут та девчонка есть, мелкая, как ее там. Короче твоя сестра. Она все прибирет" А, сестра приберет? Ну, тогда поздоровайся лицом с дверным косяком и полетай с крыльца. Но таких немного было, двое.
- Да, жестко.
- Когда я стал сильным, мать просто устранилась от таких конфликтов. Меня не надо было защищать и ладно. Вытирала ребятам кровь с лица и молча выслушивала жалобы. Мне тоже ничего не говорила. Думаю, она хотела быть хорошей матерью. Просто не получалось. Кому-то это дано от природы, а кому-то нужно перемолоть в себе кучу дерьма, чтоб стать таким. Мать не смогла. Знаешь, я представляю, как вернусь домой, скажу ей, что отправил Ульфу в лечебницу, что ее дочь... И абсолютно не знаю, что она почувствует. Что ответит. Это пугает. Мы никогда ни о чем не говорили. Может, лучше ей вообще ничего не рассказывать о сестре? Не знаю.
- А почему для тебя так важно, что она ответит? - спросил Ур. - Ты, кажись, вырос сам по себе, практически нормальным эльфом, правда, слегка склонным к насилию, вырвался из родного захолустья, журналист в крупной газете самого большого города в стране. Это не мало, как для деревенского паренька из неблагополучной семи. Ты кажешься самодостаточным эльфом.
- Может, я не такой уж и самодостаточный? Может, в глубине души я до сих пор боюсь, что на нас с сестрой всем насрать? Что нас никто не любит?
- Ну, как видишь, мне не насрать. Но переезжать к тебе и заменять папашу не планирую. Я, знаешь ли, люблю ковыряться в носу и вытирать сопли об окружающие предметы, а ты бьешь существ лицом об дверные косяки и за меньшие прегрешения.
Эльф засмеялся. Ульфа открыла глаза. Тиган положил здоровую руку ей на укрытое пледом колено.
- Спи.
Ульфа закрыла глаза и засопела. Они провели в комнате остаток дня, практически не выходя. Несколько раз заходил поболтать Билли. Договорилось посадить эльфов на завтрашний полуденный поезд с Центрального Вокзала. Существ в то время на станции будет уйма, легко затеряться в толпе. Ур под вечер вышел во двор, Ульфа отправилась подышать с ним. Потом орк попросил показать, где телефон, а эльфийка - где ванная. Хоббит с короткой крашенной бородкой отвел орка в очередную заставленную коробками комнату, а Ульфу отправил дальше по коридору и предупредил, что ванна маленькая, так что, лечь ей врядли удастся, придется стоять и принимать душ. Ульфа поблагодарила, наградив малорослика красивой улыбкой. Даже не смотря на распухший нос и синяки ее лицо выглядело милым. По эльфийским меркам, естественно. Как долго еще ее улыбка будет красивой, если не сможет соскочить? - подумал Ур, провожая взглядом тонкую, прямую спину. Потом он зашел в комнату и позвонил домой. Надеялся, что трубку сразу возьмет отец, не хотелось сейчас говорить с матерью. Она начнет настойчиво, словно асфальтоукладочный каток, расспрашивать, как дела, как жизнь, как Иса и когда она ее наконец увидит. Трубку взял отец. Ур поздоровался и без долгих вступлений сказал, что завтра посадит на поезд двух эльфов, их нужно встретить, девочку отправить в лечебницу и держать с ней ухо востро. А парня он знает. Отец ответил, что помнит Тигана.