Ничего не оставалось делать. И я пошла туда, где могла не боятся.
Это было странно. Саймон не задал ни одного вопроса. Он вновь привёл меня в ту комнату и сказал, что теперь я буду жить тут. И работать в клубе.
Я осталась в месте, которое так походило на моё время и в то же время не давало забыть, где я нахожусь. Здоровяк Макс следил за мной, иногда недовольно крякая, однако ничего не говорил и никак это не комментировал. Я боялась его, боялась Саймона, но сейчас свободные люди не могли помочь мне. Я вновь привлекла внимание не тех, кого нужно. Только теперь вместо тайника в стене приходилось скрываться в низком клубе на окраине павшего города.
Не знаю, как это произошло. Саймон никогда не требовал повторения, не улыбался, глядя на меня, и не давал понять, что хочет чего-то. Быть может, он был со мной более вежлив, чем с другими. Быть может, он относился ко мне более мягко. Но на этом было всё. Только Макс выражал своё недовольство, но даже он предпочитал молчать.
Не знаю, как это произошло. Как от обычного страха и недоверия мы пришли к этому. Когда и как произошло то, что случилось. Мы стали вместе засыпать и вместе просыпаться. Мы не говорили друг другу ни слова, не рассказывали, что произошло с нами за день. Это была тишина и надёжность.
И вновь я решилась рассказать кому-то правду о себе. Больше двух лет я жила здесь. Жила в будущем, которое не было моим. Я двигалась вперёд, а стремилась назад. Всё здесь было чужим. Весь тот прогресс, который так ждали, был мне неприятен и не понятен. Я не хотела вживлять себе чип в руку или голову, не хотела наблюдать через прозрачный экран за жизнью города. Не стремилась знать всё и обо всех. Людей было слишком много, здания чересчур высокими и машины слишком громкими. Этот город никогда не умолкал, продолжая жить. Даже в те моменты, когда объявлялась тревога, и люди бежали в укрытие, стены и дороги словно продолжали жить своей жизнью. И я была не отсюда.
- Я всегда знал это, - сказал Саймон, глядя на меня, и на губах его впервые за всё время появилась улыбка. – Ещё в тот момент, когда мы встретились впервые, я понял, что ты другая. Ты боялась. Все мы… мы уже не испытываем страха. Взрывы, дождь и смерть мы впитываем с младенчества. Мы уже не боимся пустыни, а города воспринимаем как временную защиту, но надеемся только на укрытия. Это только инстинкт самосохранения. За городами нет жизни, но мы отрицаем это. Ты же всё так же продолжаешь испытывать страх. Время не помогает.
Время было моим врагом. И мы оба понимали это. Нужно было пробраться в центр города и попробовать пройти через магазин. Может быть, в этот раз получиться.
Я помню день, когда мне вживили чип личности. Было совсем не больно. Небольшое давление на запястье и всё. Теперь у меня было новое имя, новая фамилия. И право быть членом общества.
Саймон взял меня за руку и повёл за собой. Теперь город был открыт для меня. Я впервые за два с половиной года могла оказаться там, где всё началось.
Сирена заработала в тот момент, когда мы были уже в одном квартале. Нам оставалось пройти совсем немного, несколько минут, но все должно было закончиться.
Я не могла остановиться. Так близко от цели, и так далеко. Саймон кричал, что это не стоит того, что мы должны бежать. Но я не могла. Я точно знала, что и чего может стоить.
Первая бомба взорвалась прямо у нас над головами. Земля задрожала, со стен посыпался песок. Я еле удержалась на ногах, а Саймон выругался у меня за спиной. Теперь он следовал за мной.
Может быть так только казалось, но эта атака была намного сильней чем все, что я пережила до этого. Взрывы следовали один за другим, почти без остановки. Защитный купол дрожал, а пламя покрывало его рыжим ковром, скатывающимся вниз. На улице не было ни души. Изредка возникали говорящие головы или невидимые щиты, через которые мы пробегали, не обращая внимания. Атака была настолько сильной, что купол затрещал.
Земля предательски задрожала в тот самый момент, когда я перешагивала порог. Я стала падать вперёд, судорожно хватаясь за воздух и нащупав чьи-то пальцы. Я сжала эту руку так сильно, что ладонь онемела. В глазах потемнело, а в ушах стоял гул от взрывающихся бомб.
Была звенящая тишина. А затем кто-то стал кудахтать надо мной, пытаясь помочь подняться. Владелец голоса не понимал, как так вышло, и бесконечно извинялся. Я не понимала, что случилось. И только открыв глаза поняла, что вернулась. И в первую секунду подумала: всё было не реально. Мне привиделось. Но только рука в моей руке была настоящей.
Я прожила в будущем почти три года. А тут прошло несколько секунд. Я просто перешагнула порог. Но была уже другим человеком. Я скрывала эту тайну очень долго, и так до сих пор не смогла понять: было ли это правдой.